— Ты мне доверяешь? — Последовало молчание, тогда Ви повторил: — Бутч, ты мне доверяешь?
— Да.
— Тогда дайте мне час, коп. Дай мне подумать, что я могу сделать.
Глава 29
Время тянулось медленно, и Бутч бродил по Яме в ожидании Ви. Наконец, неспособный стряхнуть алкогольный туман и избавиться от долбаного головокружения, он вошел в спальню и лег на кровать. Закрыл глаза, чтобы приглушить свет, а не попытаться уснуть.
Окруженный плотной тишиной, он подумал о сестре Джойс, и ее новорожденном ребенке. Он знал, где должно было пройти крещение: то же место, в котором крестили и его.
То же место, в котором крестили всех О'Нилов.
Первородный грех прочь.
Он положил свою руку на свой живот, на черный шрам, и подумал, что зло, несомненно, вернется к нему. Иначе быть не может. В конце концов, оно прямо внутри него.
Поглаживая свой крест, он сжимал золото в кулаке, пока оно не врезалось в кожу, и решил, что ему нужно вернуться в церковь. Возвращаться регулярно.
Он все еще сжимал распятье, когда опустошение взяло его хитростью, прогнав его мысли прочь, заменяя их ничтожными обрывками сна.
Некоторое время спустя, он проснулся и взглянул на часы. Он проспал два часа, и сейчас перешел в стадию похмелья: голова стала одной, большой, тупой болью, а глаза — сверхчувствительными к свету, проникающему из-под двери. Он повернулся и потянулся, позвоночник хрустнул.
Жуткий стон пронесся по коридору.
— Ви? — сказал он.
Другой стон.
— Ты там в порядке, Ви?
Из неоткуда раздался громкий звук, словно упало что-то тяжелое.
Потом удушающие звуки, наподобие тех, что вы делаете, когда вам слишком больно или напуганы до смерти. Бутч спрыгнул со своей кровати и побежал в гостиную.
— Святой Боже!
Вишес упал с дивана и приземлился лицом на кофейный столик, разбросав бутылки и бокалы. Потом он завертелся, его глаза были сжаты, а рот разинут в немом вопле.
— Вишес! Проснись! — Только схватив его здоровые руки, Бутч осознал, что Ви снял свою перчатку. Господи… его ужасная рука сияла словно солнце, выжигая отверстия в древесине стола и коже дивана.
— Твою мать! — Бутч выскочил из зоны страйка, чуть не получив удар.
Ему оставалось лишь звать Вишеса по имени, пока Брат боролся с хваткой какого-то монстра, схватившего его. Но, в конце концов, что-то подействовало. Может, голос Бутча. А может, Ви треснулся достаточно сильно, чтобы разбудить себя.
Открыв глаза, Вишес задохнулся и задрожал, покрытый потом страха.
