В ней был зажат скальпель, и прежде чем Бутч успел отследить движение, лезвие глубоко врезалось в одно из его запястий. Дважды. Выступила кровь, светлая, блестяще красная… Его затошнило от вида ручейков, стекавших по предплечью.
Аналогичная пара порезов была сделана и на другом запястье.
— О… Господи. — Сердце рванулось вскачь, и кровь потекла быстрее.
Страх с силой вцепился в него, и ему пришлось открыть рот, чтобы иметь возможность дышать.
Где-то вдалеке он услышал голоса, но не смог понять, откуда они доносятся.
А потом комната начала пропадать. Когда исказившаяся реальность начала вращаться вокруг него, он обратил взгляд на лицо Мариссы, на ее голубые глаза и светлые волосы.
Он изо всех сил старался проглотить панику, чтобы не испугать ее.
— Все хорошо, — сказал он. — Все хорошо… все хорошо, со мной все хорошо…
Кто-то схватил его за лодыжки, и он дернулся от неожиданности… но это был лишь Роф. Король держал его, пока Ви наклонял каталку еще больше так, что кровь побежала быстрее. Потом Ви подошел и осторожно снял руки Бутча со стола, чтобы они свободно свисали вниз.
Ближе к стоку.
— Ви? — сказал Бутч. — Не уходи, хорошо?
— Никогда. — Ви пригладил волосы Бутча. Жест был полон такой нежности, что с трудом верилось, что он был сделан мужчиной.
И вдруг все стало невероятно пугающим. Проснувшийся инстинкт самосохранения заставил Бутча бороться, против того, что делали с ним, но Ви навалился ему на плечи, удерживая на месте.
— Тише, коп. Мы все здесь с тобой. Просто расслабься, если можешь…
Время растянулось.
Время… Боже, время ведь проходило, так? Люди разговаривали с ним, но он слышал только сбивавшийся голос Мариссы… хотя она молилась, так что он даже не понимал, о чем она говорила.
Он поднял голову и взглянул вниз, но больше не видел запястий, так что не мог понять, что…
Внезапно его начала сотрясать неконтролируемая дрожь.
— Мне х-холодно.
Ви кивнул.
— Я знаю. Бэт, сделай немного потеплее, окей?
Бутч взглянул на Мариссу, ощущая свою полную беспомощность.
— Мне становится все х-холоднее.
Ее молитвы прекратились.
— Ты чувствуешь мою руку на своей? — Он кивнул. — Ты чувствуешь, какая она теплая? Боже… Представь, что она на всем твоем теле. Я обнимаю тебя… Прижимаю тебя к себе. Ты напротив меня. Я напротив тебя.
Он улыбнулся. Ему это нравилось.
А потом в его глазах все завибрировало, изображение Мариссы мигало, словно она находилась на экране, а кинопроектор сломался."
"— Холодно… сделайте потеплее. — Кожу покалывало по всему телу.
