Заранее выставив руку, чтобы нажать на кнопку. Не глядя по сторонам. Быстро. Будто гналась от демона.
У самого лифта показалось, что успела. Что сейчас снова стану свободной. Но дверцы открылись… Поперек талии легла сильная рука с дорогими часами. И меня припечатало горячим телом к дальней стенке.
– Словами, значит, не понимаешь?
Я ахнула, роняя сумочку.
– Нужны другие доводы?
Не дожидаясь, пока лифт закроется, мужские руки принялись шарить по телу. Сжимать грудь сквозь кофту и блузку. Оттягивать соски. Тискать попу.
До боли. До мучительных сладких волн между ног.
– Упрямая такая. Дикая. Сдохнуть от тебя можно. – Широкая ладонь обхватила горло, фиксируя голову, а упругие губы вместе с сережкой втянули в рот левую мочку. – Необъезженная совсем.
Уже почти ничего не соображая, я с трудом выдохнула:
– Не надо…
В этот же момент дверцы закрылись. Лифт медленно двинулся вниз. А мужские ладони спустились к пуговице моих брюк.
– Давай, соври еще раз, что не хочешь.
Пуговица и молния продержались недолго.
Я даже набрать воздуха в легкие не успела, как ловкие пальцы пробрались под белье и раздвинули позорно мокрые складки.
– Пиздец, – глухо раздалось над ухом.
В голове у меня пронеслось что-то подобное. Разобрать, что именно, было невозможно. Мысли, как густой туман, клубились и таяли, а тело изгибалось. Само. Не спрашивая разрешения у мозга. Под стальные выпуклости, под руки, под губы. Словно кошка мартовская вселилась.
– Я же слезать с тебя не буду, маленькая.
Не знаю, каким местом этот маньяк умудрился нажать на кнопку «Стоп», но лифт резко остановился.
Вместе с его толчком в меня на всю длину вошло два пальца, и, ломая ногти, ладони заскользили по хромированной панели.
Сбежала! Спаслась! Как же!
ЭдЯ знал, что она будет выкобениваться. Гордую изображать. «Не такую». У самой ни шиша за душой, ребенок, а совместить приятное с полезным – нет.
Словно дворянская кровь какая. Впервые такая попалась. И ведь хотела не меньше моего. На парковке животом член в штанах так полировала, что чуть не кончил.
Стонала, словно я в ней по самые помидоры. Дрожала, будто я не во рту у нее хозяйничаю, а между ног вылизываю.
Готовая была!
Но трахаться по договору. С гарантиями. С окладом и понятным расписанием – нет."
"Якобы не делает так никто. Тьфу! Святая наивность. Не бойся я, что еще сильнее испугается, рассказал бы. И о расценках за пользование телом. Не на панели, а из «большой и чистой» – в бриллиантах, телефонах, букетах из лучших салонов.
