Не так, как раньше, это как? Что он имеет в виду? Выстроит между нами новую стену, выше и толще предыдущей, или…
Или мы не будем отматывать назад?..
– Мне нужно время, Варя, – поясняет он, когда мои глаза наполняются предательскими слезами.
Сердце, рванув с места, ударяется о ребра и оглушенно застывает. Грудную клетку стягивает ремнями.
– Ты это хотел сказать?..
– Да. Не форсируй события.
– И…
– И я поговорю с Алей. Этого больше не повторится, – перебивает Леша.
Это не совсем то, о чем я хотела спросить, но мгновенно сориентировавшись, оголтело бросаюсь в открытую дверь.
– Ты правда не показывал ей фото мальчишек?
– Нет.
Я ведь знала это! В глубине души была уверена, что он ни за что не станет так делать!
– Вы живете вместе?
– Не живем, – отвечает будто нехотя.
Я представляю, как, должно быть, тяжело ему открываться, но мне не терпится выстроить мост между нами. Вытащить на свет все его самые потаенные мысли.
Закусив губы с целью спрятать улыбку, пытаюсь усмирить начавшее было разгоняться сердце.
– Почему?
Он снова замолкает. Я вижу боковым зрением, как поднимается и опускается его грудь. Блики смуглой кожи в свете уличного фонаря, крепкое обнаженное бедро.
Идем оба как по минному полю.
– Что ты хочешь услышать от меня, Варя?
– Я форсирую… – шепчу еле слышно.
– Я сплю с ней. Это не отношения.
В грудь вонзается острый клинок. Замираю, пережидая острую слепящую боль.
– Мне придется мириться с этим?
– Нет, – чувствую забирающееся в мои волосы его дыхание, – Не придется. Я поставлю с ней точку.
Это значит… Это значит то, о чем я думаю?..
Меня бросает в дрожь. Я поворачиваюсь к нему и, несмело обняв одной рукой, прижимаюсь лицом к плечу. Переполняющие меня эмоции сводят с ума. Но я так боюсь разрушить хрупкое равновесие, что держу их в себе.
– Мы можем говорить?.. – спрашиваю, отчаянно кутаясь в его тепло, – Нам нужно говорить.
– Ты можешь говорить.
Это вполовину меньше того, о чем я просила, но все равно очень много.
– Я хочу говорить с тобой, – лепечу сбивчиво, – Я хочу, чтобы ты верил мне!.
.
– Говори, Варя."
"Мне нужно больше. Я двигаюсь ближе, прилипаю к нему всем телом, хочу пробраться туда, куда раньше вход был открыт. Касаюсь сухим поцелуем основания шеи, прохожусь губами по ключице. Все еще не верю, что это наяву.
– Я люблю тебя, Леш. Глобально.
Он молчит, а я мысленно сама себе задаю от него вопрос и сама же на него отвечаю:
– Давно. С самого начала три года назад.
Его рука приходит в движение – трогает мои кудри.
