Разрушители

Здешние развалины до боли напоминали маленькие заброшенные деревушки.

Впервые после бегства из Ганту (это ж подумать только, куда нас занесло!) оживился Тень Магистра. Вор-демон, моя потерянная духовная сущность или кто он там еще был, с интересом присматривался к руинам. На взгляд Тени, в таких местах обязательно было что взять. Совершенно ничейное и пропадающее даром добро, которое по возвращении в Арконат можно было употребить с большой пользой. К великому его огорчению, мы ни разу не останавливались ночевать в пределах видимости от каких-либо развалин.

Это избавляло меня от необходимости внутренней борьбы. К тому же он немного побаивался Серых, ибо считал их разновидностью колдунов. Меня такое положение устраивало.

Что же произошло в этих землях?

Все мучающие меня вопросы я обрушивал на единственного из Серых, склонного к непринужденному общению, – командира отряда. Харек был капитаном, командующим кавалерийской сотней, и притом всего лишь лет на пять старше меня.

Он сносно знал арконийский (язык предполагаемого врага?) и был не против попрактиковаться.

– Нет-а. – Он забавно коверкал окончания, в шонском вообще не было слов, оканчивающихся на согласные. – То Забытое королевство, земля Феналле.

Я не очень-то любил современную историю, но про Феналле знал. Это государство было неизменным союзником Серых в их бесконечных войнах с Арконатом, пока не пришла Пустошь.

– Тогда почему здесь никто не живет?

– Прилив. – Это слово на всех языках мира звучало одинаково.

 – Они сражались-а, мы сражались-а. Почти получилось-а, но вместо Пустоши пришла Мгла. – Заметив мой недоуменный взгляд, он пояснил: – Эманации дикой магии. Тут-а нельзя долго жить – люди теряют разум, дети не родятся, и н’нодов много.

Н’ноды, стихийные зомби, были известны арконийцам на уровне страшных сказок. Если с ними кто и встречался, то разве что Пограничные Стражи. В Академии про тварей рассказывали скупо, я знал только, что по какой-то причине н’нодов относят к Древним, а от поднятых колдунами мертвецов их отличает исключительная злобность и способность сбиваться в стаи.

– Н’ноды от дикой магии? – на всякий случай уточнил я.

– Нет-а, – покачал головой Харек. – Но они вроде червей, заводятся там, где сыро.

Продолжать разговор не стали. По-хорошему, мне было решительно плевать, откуда берутся н’ноды. Вернусь домой, и все это будет как страшный сон – далеко и неправда.