Разрушители

– Он предназначен для поражения целей с небольших расстояний, скажем, саженей до трехсот. Вот в этой коробочке – семь патронов.

Я напряженно переводил сажени в более привычные для меня единицы длины. Получалось приблизительно как у хорошего каверрийского лука. Размер стрелы тоже не впечатлял. Должно быть, Харек заметил мое разочарование, и его глаза хитро заблестели.

– Остальное лучше показать. – Он быстро произвел манипуляции с коробочкой и вложил оружие мне в руки. – Упри в плечо… Смотри сюда, соедини черточку с палочкой, вон-а на тот камень… Близко не наклоняйся, оно сейчас грохнет и толкнет… Плавно нажимай…

Я нажал.

Раздался грохот. Ружье больно ударило в плечо. Камень в добрых двадцати метрах от меня разнесло вдребезги. У меня отвисла челюсть. Да, это тебе не лук! Луком такого даже тяжелой стрелой не сделаешь, а уж на трехстах саженях… Интересно, летит ли фаербол так далеко?

Харек улыбнулся, довольный произведенным эффектом.

– Разрывные заряды, – пояснил он. – Для охоты не годятся, разносят зверя в клочья, а вот против тварей самое оно.

Семь раз нажал – семь выстрелов. Запомни, как менять магазин!

– Одно не пойму… – Я немного отдышался. – Зачем Предкам понадобились твари? При таких-то штуках!

Харек пожал плечами:

– Есть мнение, что они не хотели рисковать собой. Притом желание убивать у них сохранилось. Поэтому они захотели оружие, которое могло стрелять само, такими и были Древние твари.

Я вспомнил дневник Папарзони и прочитанную в Ганту летопись. Ну чего, спрашивается, этим Предкам не хватало? Воистину, когда Бог желает наказать, то лишает разума.

Жители Феллы определенно обезумели, но чем провинились остальные? От приятного возбуждения не осталось следа. Я отдал Хареку ружье, и мы молча вернулись в лагерь.

Дни шли за днями, а горы все не кончались. Лоскуты живой земли встречались все реже, мешки с фуражом худели. Меня вслед за наставником начинало одолевать беспокойство. Успеем ли мы пересечь Феналле прежде, чем провиант закончится? Впрочем, Серые вели себя спокойно.

Первые тревожные признаки появились на девятый день путешествия. Мастер Ребенген, обычно спокойно ехавший рядом со мной, решительно натянул поводья:

Чародей достал из-под рубашки неприятно дребезжащий и мигающий разноцветными огоньками амулет, выбрал участок почвы поровнее и принялся быстрыми, уверенными движениями рисовать пентаграмму Связи. Я с любопытством наблюдал – не так часто мне приходилось присутствовать при ворожбе опытного мага.