Разрушители

Демон, атакованный мной у портала, оказался одним из похищенных. Он вернулся в Слияние, но про своих похитителей ничего толком рассказать не мог – он и прежде соображал не слишком шустро. С субъективной точки зрения твари, с момента похищения прошло не больше минуты. Демон утверждал, что получил вызов по личному каналу, и, пока пытался очистить сообщение от помех, внезапно оказался в подземелье.

– Для того чтобы так точно врезаться в управляющие цепи, одного архива разработчиков недостаточно, – передал мне Третий мнение брата.

 – Тот, кто это сделал, ушел в понимании самотворящихся заклятий дальше феллийцев.

То есть с большой долей вероятности похитители штурмовика были теми, кто нам нужен. Следовательно, у портала отбивались от демона их враги. Если удастся донести до украденного Третьим мага нашу позицию, он должен быть просто счастлив заложить негодяев с потрохами.

Но невольный гость упорно молчал.

Ракш предлагал перейти к физическому воздействию, но одно дело знать, что кого-то пытают, и другое – самому приказать сделать это.

Пленника, не причинившего мне никакого зла, было откровенно жалко. Тощий, жилистый и невероятно заросший дедок не делал ни малейшей попытки сопротивления. Только смотрел глазами побитой собаки и молчал. Ох ты горе мое…

И потом, может оказаться, что он не знает ни одного доступного нам языка. Какой смысл тогда его калечить?

В отсутствие собственных мыслей, пришлось искать идеи на стороне – у босса Ганту. Может, демон сможет предложить что-то дельное – возвращаться за советом в Арконат мне не хотелось.

ЯМ-64 «бета» был полон скепсиса.

– Вы же знаете – я лишен свободы воли, следовательно, не способен сделать правильное заключение о чем-либо.

– Нам бы только понять, на каком языке его спрашивать!

– А где его вещи? – деловито уточнил демон.

Добыча, снятая с пленника, была невелика: два браслета, нечто, напоминающее плоскую раковину, связка амулетов из костей и пара мешочков с непонятными корешками.

– Скажите, пожалуйста, это у него было при себе или на нем? – Демон толкнул когтем раковину.

– Большая. Это – составной артефакт для перевода напряжения мышц кисти в звуковой код. К нему еще прилагаются серьги, для трансляции звуков на нервные окончания внутреннего уха. Очень полезная вещь, если органы речи имеют дефекты!

– Ты хочешь сказать, что мы пытались разговорить немого?

– Зачем же так нервничать! К счастью, в моих запасах есть аналогичный амулет.