Разрушители

Если старый маг допускает, что излишне энергичного чародея могут попытаться убрать, значит, Ребенгену стоит обзавестись парочкой телохранителей из тех, что не будут колебаться или задавать вопросы. Он поморщился: под данное определение лучше всего подходили Пограничные Стражи Шоканги.

А не является ли паранойя Бастиана заразной ментально либо на кармическом уровне?

Полноценный рацион включает в себя магов и воинов в соотношении один к трем.

Тень Магистра никогда не был привередлив в пище, но здесь вообще нечего было есть! За целый день мне не удалось найти ни крыс, ни мха, ни даже мелких насекомых.

Стерильность, какая возникает только в присутствии мощного самотворящегося заклятия. А если здешние монстры не мощные, то я не понимаю слова «мощь». Зато вода не вызывала сомнений – кристально чистая, она текла по узким желобкам, каскадам бассейнов и журчала в фонтанчиках. Воды было много, в одних местах она была ледяная, в других – теплая, как парное молоко. Но на одной воде долго не проживешь.

Голод быстро начал донимать меня. Дело в том, что я слишком большой и мое тело не привыкло в чем-либо себе отказывать. Я много пил, пытаясь подавить громкое бурчание в животе. Упаси бог, кто-то из них услышит… Монстры постоянно расхаживали по залам, то ли мое появление их растревожило, то ли обычай у них был такой. Некоторые производили при движении грохот, другие двигались совершенно бесшумно. Последних я боялся больше всего: они возникали из темноты словно духи, пару раз я только чудом не напоролся на них.

В конце концов я устал бродить в одиночестве. Я не нашел ни еды, ни выхода наружу. Свечение кристаллов, по-видимому, не было связано с дневным светом, так как за все время моего пребывания не изменило своей интенсивности. В залах было душновато. Теоретически это место могло находиться в сотне лиг под землей и вообще не иметь выхода, кроме как через Знак. Самый удобный способ перемещения, но я не могу им воспользоваться! Мне нужно было выспаться и отдохнуть.

Возможно, после сна ко мне придут свежие мысли. Я забрался на второй ярус большого зала и забился в проем между рядами декоративных колонн. Теперь обнаружить меня можно было, только заглянув прямо в щель с высоты шести-семи метров. Спал я неровно, сны были неуловимыми и тревожными. Пару раз я просыпался, вслушивался в темноту, а потом снова засыпал. Делать-то все равно было нечего.

Если бы отец был рядом, он нашел бы, что мне сказать.