Искать, куда можно сплавить шубу, времени не было. Мало ли какой винтик закатится за ролик в гнилом мозге наркомана, если я задержусь. Попробую выцыганить отсрочку.
Вылетела из квартиры, села на автобус. И пыталась думать. Вот только в голове вакуум.
На автопилоте и из последних крупиц собственных ресурсов добралась до заведения наркомана. Пустующего в ранний час.
После ночной смены уборщицы не успели навести порядок. Под ногами валялись бутылки, осколки разбитой посуды, остатки разбросанной еды. И запах стоял соответствующий.
Кисло-сладкий. Тошнотворный.
Желудок напомнил о себе позывом рвоты. Но тут же заглох. Я сегодня ещё не ела.
Меня никто не встретил. Будто и не ждут.
В какой-то момент я даже поставила под сомнение собственный разум. Может, мне всё показалось. Может, не было этого звонка?
Среди звенящей тишины бара моя интуиция буквально вопила – уноси отсюда ноги. Но как я могу? Ведь тут мама.
Превозмогая себя, я поднялась на этаж выше. В кабинет Ветрянского. И чем ближе подходила, тем лучше до меня доносились голоса людей.
Пьяные, весёлые, злые.
Распахнула дверь и тут же едва не задохнулась от дыма, обжёгшего пазухи носа. Здесь ужасно накурено. И стоял весьма специфический запах.
Сам Ветрянский восседал в своём директорском кресле, закинув одну ногу на подлокотник. Пьяный вусмерть. Но я помнила, что этот человек умеет моментально трезветь, когда вопрос касается его бизнеса. И сейчас, стоило ему перевести мутные глаза в мою сторону, как взгляд тут же сфокусировался. Вцепившись в меня.
– Проходи, Цветочек, – крутясь на стуле, делает жест, будто предлагая располагаться в его апартаментах, – что ты как неродная? Здесь все свои. Смотри, даже мамочка твоя тут. И возможно, новый папочка.
Я резко обращаю внимание на пару, что расположилась на диване. Не сразу заметила их, когда вошла.
Женщина лежала во фривольной позе. А мужчина прижимал её к себе. И каждая деталь говорила об их недавней близости.
Ощутив отвращение, смешанное с неловкостью и стыдом, я отвела глаза. Сцепила зубы, заставляя себя оставаться здесь.
– Владимир, – обращаюсь я к Ветрянскому, – я погашу долг. Но не сегодня. Соберу деньги, клянусь. Только дай мне сутки.
Наркоман крутится в кресле, задумчиво изучая меня и жуя зубочистку.
– Сегодня, Цветочек. Долг вернёшь сегодня.
– Но… – начинаю.
– Заткнись и слушай, – перебивает, наклоняясь вперёд и складывая руки на столе, как серьёзный бизнесмен, – тебе нужно доставить вот эту сумку по одному адресу. Работа непыльная.
