Солдаты хозвзвода для наших бойцов могилу вырыли. А разведчики собрали у убитых немцев документы, оружие. Все может в дальнейшем пригодиться. А трупы забросили в кузов грузовика и свалили в ближайшем овраге. Похоронами немцев не утруждались. Отдохнуть толком ни ночью, ни днем Игорю не удалось.
После всей суеты пообедал, вечером спать завалился, а под утро проснулся от грохота пушек, завывания реактивных снарядов. Началась артиллерийская подготовка перед нашим наступлением. Оно давно ожидалось, солдаты и офицеры мечтали о Победе, о возвращении домой.
Многие были женаты, имели детей, которых не видели по нескольку лет. А некоторые вообще их не видели, потому что те родились уже после призыва в армию.
Только стихла артподготовка, в атаку пошли танки, да много. За средними «Т-34» ползли «КВ» и «ИСы», следом самоходки. Сила огромная, немцам не удержаться. Игоря при виде бронированной лавины гордость за страну обуяла. Близок конец немецкой военщины!
Наступление развивалось, войска рвались вперед. Разведотдел следовал за ними во втором эшелоне.
Отцы-командиры опыта набрались, солдат беречь стали, не так, как в сорок первом – сорок втором годах, кавалерию или пехоту бросали на немецкие танки, без поддержки артиллерии и без противотанковых гранат, фактически – на бессмысленную смерть. Сначала, по данным всех видов разведки, следовала мощная артподготовка, затем бомбардировка с воздуха, а потом в действие вступали танки. Бронированным кулаком проламывались остатки обороны и вперед, развивая успех.
Пленных брали сотнями, целыми подразделениями. Отчаянно дрались только эсэсовцы, потому что знали – в плен их не брали, расстреливали. Да и служили в ваффен-СС нацистские фанатики, за которыми не одно военное преступление, руки по локоть в крови. Все концлагеря Германии числились и охранялись войсками СС. В тылу они носили черную форму, впрочем, как и СД, гестапо, а на фронте серую, полевую, только погоны и петлицы выдавали, да татуировка под левой подмышкой.
Стремительное передвижение наших войск создавало специфические проблемы.
Речь даже не о затрудненном подвозе топлива, еды и боеприпасов. В наших тылах оставались группы и одиночные военнослужащие разбитых воинских частей. По ночам пытались выбраться к своим, нападали на местных жителей, забирали еду, гражданскую одежду, чтобы сойти за беженцев. «Смерш», НКВД, войска по охране тыла работали с полным напряжением.
Для уничтожения крупных группировок привлекались войска действующей армии.
