Разведчик. Заброшенный в 43-й

Пропуск уже получил?

– Держи талоны – отдельно обед, ужин и завтрак. Столовая за углом нашего здания. И не подбивай клинья к рыжей Марте. Она девка красивая, глазами так и играет, но в любовниках у нее обер-лейтенант Пфафф, он живо спровадит тебя на передовую.

– Понял. Спасибо за предупреждение, приятель.

– Земляки должны помогать друг другу. Ведь ты же берлинец?

– Родился там, окончил школу, а потом переехал к родителям в Вестфалию.

– А говор остался. Меня не проведешь! – и дневальный довольно ухмыльнулся.

Игорь отправился в столовую.

Обед был без изысков, но сытный и вкусный. Гороховый суп с копченостями, тушеная капуста с сосисками, эрзац-кофе из ячменя. В солдатском баре он купил себе кружку пива. Несмотря на войну, пиво оказалось свежим и вкусным.

За стойкой в баре стояла рыжая Марта. Женщина и в самом деле оказалась красивой, с зелеными стервозными глазами.

– Что-то я раньше тебя здесь не видела, – улыбнулась ему Марта.

– Я новенький, – слегка склонил голову Игорь и тут же отошел с кружкой к столу.

Предупреждал же дневальный, что не стоит нарываться на неприятности.

Вечером Игорь посетил столовую еще раз. Народу значительно прибавилось, многие друг друга знали и приветствовали знакомых громкими воплями. Дым от сигарет стоял коромыслом.

На ужин был кофе с бутербродом и ветчиной и булочка с мармеладом. Кусочек хлеба, из которого был сделан бутерброд, тонюсенький, вроде бы и поел, а не насытился.

За столом кроме Игоря сидели еще двое, они бурно обсуждали новости с Восточного фронта.

Немцы вели активные действия, и солдаты даже заключили пари на пачку сигарет, как долго продержатся русские Иваны.

Игорь вздохнул. Тяжело нашим сейчас приходится, столько бойцов и командиров погибает! А он тут, в немецком тылу, булочку с мармеладом трескает! Но нашел в себе силы, успокоил себя – у каждого на войне свое место. Может быть, и он, Игорь, тоже приблизит победу хоть на день, хоть на час…

Утром Игорь распахнул перед майором дверцу «Опеля». Франц выглядел отдохнувшим. Чисто выбрит, пахнет одеколоном, мундир отглажен.

В бюро пропусков они получили свои документы. У майора пропуск имел литеру «В», у Игоря – «А».

– Что означают буквы? – спросил Игорь у ефрейтора.

– Зоны доступа. С «В» доступ почти везде. С «А», как у тебя, везде, кроме конструкторского бюро и завода.

– Только не вздумай соваться к пусковым установкам, там нужен пропуск с литерой «С», – предупредил ефрейтор.

Однако пуск ракет Игорь все равно увидел, только издалека.