Дай им приказ – шлепнули бы не раздумывая, только в чем его вина? Или с Летягиным поступили так же?
Когда наступил вечер второго дня, Игоря привели в кабинет Стрюкова. Через пару минут туда же ввели старшину.
– Ну, орлы, все сложилось. В рапортах расхождений нет, на фотопленке документы важные. А главное – наш агент вышел на связь, контакт подтвердил. Так что свободны.
Игорь даже растерялся – он ожидал по прибытии хотя бы благодарности. Все же задание было непростым, так далеко во вражеский тыл не забирался ни он, ни старшина.
А вместо этого – камера, проверка… Ни хрена себе служба! Подозрительность и секретность были развиты чрезвычайно и с перебором.
Но теперь им предоставили неделю отдыха.
За время рейда парни сблизились. В разведке очень важно, когда один понимает другого с полуслова, с полувзгляда, и когда они остались одни, старшина поинтересовался:
– Признайся, сдрейфил, когда в камере закрыли?
– Было. Главное, не понял, за что.
– О, было бы за что – вообще бы к стенке поставили. В разведке рубль вход, два – выход, и теперь, даже если очень сильно захочешь, из разведки тебя никто не переведет в пехоту или, скажем, в артиллерию.
Ты – носитель секретов. Агента в лицо видел? Видел! Тайна должна умереть вместе с тобой.
– Круто!
– На том разведка держится.
– Ну да, – пробормотал Игорь, – бей своих, чтобы чужие боялись.
Старшина засмеялся:
– А ты думал – тебе медаль на грудь повесят? Если бы мне за каждый поиск да за взятых мною «языков» по медали давали, у меня бы уже иконостас на груди был.
– Нет, на медаль я не рассчитывал. А вот на простое человеческое спасибо…
– Не дождешься, это я тебе точно говорю.
В руководстве решили, что группа сложилась, и пополнили ее радистом – молодым веснушчатым пареньком, выпускником радиошколы. Повоевать он еще не успел и на разведчиков смотрел с уважением.
Наступил день, когда разведчикам вручили карту Белоруссии и города Минска.
– Изучайте! Чтобы город как свои пять пальцев знали, лично проверю, – приказал Стрюков.
– Есть.
Когда засели изучать, старшина сказал:
– Говорят, от Минска мало что осталось, одни развалины.
– Думаю, врут, – откликнулся Игорь. – Немцы город быстро взяли, почти и не бомбили – иначе зачем карту учить?
– Чует мое сердце – забросят нас в Минск. Только с каким заданием?
– Подполковник скажет. Учим карту.
Они зубрили названия улиц, перепроверяя друг друга, поскольку понимали – явно готовилась заброска их группы в Минск. А зачем, с какой целью – скажут перед вылетом.
