Так если у тебя до сих пор мистер Пропер в заднице играет при ее появлении, значит, не зря встретились и все можно вернуть. Потом в процессе разберетесь, кто был сильнее виноват.
– Мотя, ты когда таким умным стал? – изумился я.
– Когда Катюху чуть не потерял из-за собственного косяка, – признался друг, – и, знаешь, я бы тогда на твоем месте так же отреагировал тогда. А на месте Сани вообще рожу бы тебе в трех местах сломал, но это потом. Она ж гордая, я помню. Только мы уже не студенты, времена изменились, мы тоже.
Тогда сплеча рубили, а сейчас… У меня дочь, Кирюха, прикинь? Мое продолжение. У меня башка взрывается каждый раз, когда я ее на руки беру. Дышать на нее страшно, такая маленькая. Прикинь, я сделал человека. С глазами, как у меня, брови, правда, Левкины, но фиг с ним… Пять лет назад я себя отцом даже представить не мог, да я тогда вообще жил одним днем и не парился особо. А сейчас у меня дочь, которую родила женщина, от которой я с ума схожу.
– И ты агрессивно решил осчастливить всех вокруг? – улыбнулся я, вспоминая, как когда-то Мотя с нашей помощью добивался расположения Катерины его сердца.
– Ну да, – согласился Матвей.
В тот момент тренькнул мой мобильник, оповещая, что пришло сообщение. От Лехи.
Я прикрыл глаза, снова задался вопросом, что я творю, ответа не нашел, но файл открыл. Будем считать, что победило любопытство.
Наверное, меня перекосило, или я как-то по-другому себя выдал, но Мотя подсел поближе и напряженно спросил:
– Что там?
Не получив ответа, подсел поближе, повернул к себе экран, прочитал и заржал:
– Кирюха, если это не досье на нового жениха Сани, клянусь, я почки в ломбард сдам.
Я скрипнул зубами, а Мотя продолжал зубоскалить:
– Ничего не решил, да? «Пять лет прошло», – передразнил меня Мотя. – Давай я вслух почитаю, а то ты завис.
А я смотрел на сообщение Лехи, которое гласило, что Вишневская Александра Станиславовна шесть лет назад сменила фамилию на Захарова, коей до сих пор и остается.
Захарова! Она все еще Захарова!
У меня сердце о ребра хреначило так, словно готово было вырваться и сбежать.
Прямо в ласковые ладошки его обладательницы…
– Она Захарова, – вслух произнес Матвей задумчиво, а я дернулся и снова потянулся к бутылке.
А Мотя с выражением зачитал:
– Окунь Виктор Федорович, тридцать годиков. Выпускник… А-а-а-а, я не могу. Выпускник военно-морской академии. Приколист, походу. Полгода назад стал счастливым владельцем ИП имени себя любимого.
