Он психанул, резко вывернул руль, припарковался у какого-то магазина и развернулся корпусом ко мне, всем видом демонстрируя негодование из-за моего поведения и нежелания снова вступать с ним в брак.
– Да ты… Ты… Что ты себе позволяешь? – налетела я на него.
– Не хочу повторить старую ошибку, – отрезал Кирилл, прожигая меня взглядом. – Ты моя. Я твой. И я тебя люблю. А ты любишь меня!
– Ты у ясеня спросил? – ядовито уточнила я. – Про то, что я тебя люблю?
– У тебя, Шунечка, – тем же тоном отбил Захаров, – в обезьяннике.
Я говорил, что ты, когда пьяная, много болтаешь?
– Ап… – единственное, что я смогла выдавить.
– Мы и дальше будем делать вид, что чужие друг другу, или уже признаемся, что оба дебилы, что разошлись тогда?
– Ладно, – постаралась я успокоиться, – предположим, я тебя люблю! До сих пор. Но это ничего не меняет, мне нужно срочно выйти замуж за Виктора сегодня! Ты слышишь?
– Слышу. И жду аргументов.
– Я…
А бывший гад снова завел машину, выехал на дорогу и взял только одному ему известный курс.
– Захаров, брак фиктивный, – выпалила я.
– Я в курсе, – подтвердил Кирилл.
– Тоже я сказала? Напомни мне больше не пить.
– Саня, ты не выйдешь за него. Ни фиктивно, ни по-настоящему. Никак!
– Ладно, я почти спокойна! Но потом мы с тобой обязательно поговорим о том, что ты псих!
– Да сколько угодно, но после того, как ты наденешь на палец МОЕ кольцо!
– Мальчик Гордей, ему три года! – выпалила я. – Виктору без этого брака не дадут опеку! Кирилл! Я не могу оставить ребенка в детском доме!
Кирилл снизил скорость и покосился на меня в зеркало заднего вида:
– Что за пацан?
– Виктор вырос в детском доме, они дружили втроем.
Он и родители Гордея. Наташа и Саша – родители – погибли семь месяцев назад в аварии, у мальчика больше никого нет, кроме Виктора. Ни единой живой души. Слышишь? Я не могу оставить его там, Кирилл. Я себе не прощу никогда, что могла помочь, но сдалась!"
"– Твою мать! Я думал, что он тебе угрожает.
– Виктор? Мне? – даже обалдела я.
– Кирилл, давай вернемся? Это просто штамп, формальность. Мы оформим опеку и… А с тобой попробуем заново, нормально.
– Слушай меня, принцесса, – Кирилл говорил спокойно и уверенно, – я слово даю, что помогу твоему Виктору с опекой и без брака с тобой.
– Как? А ты… Погоди, – ахнула я, – ты из ФСКН?
– Типо того, – согласился Захаров.
– Ты врун! Молчи! И не смей отпираться! Ты… обезьянник… Ты же мог нас вытащить?
– Мог, – согласился Кирилл.
