Разведенка с прицепом

В этом мгновении все застыло так, как надо: вместе, рядом, вплотную. И дрожащие женские пальцы, зарывающиеся в его волосы, были высшей наградой за неторопливость.

– Влад… – выдохнула Хель.

Но «нет» не последовало. Она сама обняла ладонями его лицо, чуть отстранилась, ловя взгляд, и качнулась вперед, касаясь его губ своими.

Ледяная жестокая богиня оборачивалась ласковой кошкой, льнущей всем телом к нему.

Он никогда не думал, что будет вот так балансировать на краю, чтобы только распробовать прежде недоступное удовольствие настоящей близости.

Она сама, первая скользнула ладонями под ткань футболки, погладила его напрягшийся живот, потянула ее вверх.

И Влад получил разрешение, даже настояние дальше не медлить.

Кухонная дверь закрылась плотно, табуретка приперла ее, и он вжал Хель в стену, целуя лихорадочно и горячо.

Платье ползло с плеч вниз, подол скользил по бедрам вверх, а тонкие пальцы расстегивали ремень торопливо, но уверенно.

– Какая ты горячая… – прошептал он ей на ухо, чувствуя, как по всему телу растекаются сладкая нега и неумолимая жажда.

Хель откинула голову назад, прикрывая глаза, а Влад впечатал ее в себя, ощущая жадный, страстный ответ. Ее запах кружил голову, ее тепло будоражило что-то внутри, и приходилось удерживать себя, чтобы не сорваться в безумие страсти, помня о том, что они в квартире не одни.

– Лея… – вдруг распахнулись светлые глаза Хель. В них мелькнула паника, она дернулась, но Влад накрыл ее рот ладонью.

– Тише… Все под контролем.

И уже через мгновение эти светлые глаза затуманились тем же удовольствием, что разбегалось разрядами молний и по его телу тоже.

Она стонала, кусала его руку, сжималась и дрожала, а Влад не мог поверить, что существует женщина, которая вот так откликается на его действия. Ничего особенного – просто желание, охватившее обоих, никаких причудливых практик и хитрых поз. Но Хель была настолько отзывчивой, что он едва держал себя в руках.

– Я не… Ох… – Она не могла закончить ни одну фразу, только дышала резко и быстро и раз за разом вздрагивала, прикрывала глаза и почти сползала по стенке вниз.

Он вспомнил, почему в ту новогоднюю встречу так и не дошел до самого интересного: потому что самым интересным была Хель, ее удовольствие, ее реакции, ее огонь под его пальцами.