Разведенка (СИ)

— Как ты собираешься учиться и работать? — недоверчиво спрашивает Эмир.

— Так я работала до свадьбы. Вешалкой. Простите, — снова исправляюсь, — участвовала в каталожной съемке.

— Скажи мне, Ясемин, — Эмир пожевывает губу, затем все же решается, — разве твой муж при разводе не должен выплатить тебе компенсацию? Что у вас написано в брачном договоре?

— Не знаю. Я не читала брачный договор, просто подписала и все, — поясняю и, натолкнувшись на непонимающий взгляд, продолжаю: — Господин Дениз, я ценю ваше участие.

Но этот разговор для меня слишком сложный эмоционально. Я считаю, что мой муж мне ничего не должен.

И я скорее перейду на хлеб и воду, чем возьму у Батманова хоть копейку.

— А почему ты живешь в общежитии? Где твои родители?

— Мама с отчимом живут в Канаде. Они там не так давно, отчим устроился на хорошую работу, но им самим не хватает. И я ведь уже взрослая!..

Эмир бросает на меня быстрый взгляд.

Твердо выдерживаю его взгляд.

— У меня нет отца, эфендим. И никогда не было.

Не хочу говорить об человеке, который ничего мне не дал кроме набора генов.

А для такого требовательного и консервативного мужчины внебрачная дочь турецкого гражданина от иностранки окажется очередным болезненным тычком. Пускай Омер Озден останется только в маминых воспоминаниях.

— Как не было? — непонимающе моргает Эмир.

— Моя мама воспользовалась услугами донора.

А то, что он был турецкого происхождения, мы это опустим.

Мы недолгое время молчим. Дениз наливает очередную чашку чая и пьет мелкими глотками.

— Я неправильно задал вопрос, — Эмир складывает на стол локти и сцепляет руки в замок, — чего бы ты хотела, Ясемин?

Чего бы я хотела? У меня даже дух захватывает.

Чтобы у нас с Дамиром был настоящий брак, по любви. Чтобы он женился на мне не из расчета, а потому что потерял голову. Как и говорил. Чтобы все, что он говорил, оказалось правдой.

Чтобы можно было отмотать время и вернуться туда, где я была влюбленная и счастливая. Чтобы Жанна не была беременной, чтобы она не пришла к нам в дом и не стала мне угрожать.

Чтобы Дамир приехал домой, и я рассказала ему о ребенке.

Эмир напряженно смотрит и ждет ответ, а я беспомощно сглатываю.

— Зачем вам это знать?

— Затем, что я не привык бросать слов на ветер. Я сказал тебе, девочка, что мой сын теперь твой брат, — Эмир говорит резко, но он сам весь такой. — Ты спасла ему жизнь, в его венах теперь течет твоя кровь. Нет ничего в этом мире, что могло бы сравниться с моей благодарностью.