Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)

Александр Евгеньевич Вас ждёт, — дежурная медсестра, милая женщина средних лет, заглянула в палату, — Найдёте, Ольга Владимировна, или проводить?

Ноги не хотели идти. Мысль, что можно в конце концов написать заявление и уйти из больницы в любой момент, определённо грела душу. Правда тогда нужно будет выйти на работу. Уже завтра. А завтра пятница. Значит у неё все шесть уроков. Столько она пока просто не потянет.

Доползла до нужного кабинета. Теперь же надо войти. Лучше как-то изящно. Независимо. Она в конце концов взрослая серьёзная женщина.

Естественно, изящно не вышло. Запнувшись, Лёля всем весом навалилось на дверь и ввалилась в кабинет, как пьяный матрос в кабак, стукнув дверью об стену. И конечно полетела бы носом, если бы не реакция Сергея Степченко.

Вытянутое лицо Вересовой и испуганные глаза Кузьмина Лёля увидела потом. Взгляд, брошенный Вересовой на заведующего тоже увидела. Как на добычу, которая вот-вот сорвётся. Неужели он у неё "на крючке"? Всё за долю секунды.

— Извините… Спасибо, доктор…

— Испугались? Подышите, — ладони интерна на её плечах.

— Проходите, Ольга Владимировна. Сначала пытка гелем. Потом сделаем из вас робота, — криво улыбнувшись, попытался пошутить Кузьмин, — Верх снимайте. Ложитесь на кушетку.

Лёля прошла ближе к кушетке, стоявшей в дальнем углу возле стены. Стянула спортивную кофту и футболку. Тут же ей на плечи легла одноразовая кофта с разрезом. А она разумывала, снимать ли лифчик.

— Верх снимайте, — это Вересова голос подала.

— Сергей Анатольевич, принесите для Холтера ремешок, пожалуйста. Тут слабая липучка, попросите у Татьяны Сергеевны, у неё в столе есть запас.

Кузьмин стоял, опираясь на подоконник спиной, скрести руки на груди. Голос ровный. Но в тоне Лёля угалывала какие-то эмоциональные нотки. Потом решила не выдумывать то, чего нет. Доктор. Он просто доктор. Не человек. И не мужчина. Потянулась к крючкам застежки.

— Ирина Александровна, что Вы забыли сделать сейчас? — жёсткие ноты, будто металл.

Бледнеющая перед суровостью Вересова доставила Лёле эстетическое удовольствие.

Интерн засуетилась, не понимая, что от неё хотят.

— Пелёнка, ширма. Бегом! Почему я должен Вам, доктор, это напоминать?

Пока Кузьмин разводил весь этот цирк, а то, что делал он это специально, Лёле было почему-то очевидно, она успела снять лифчик и надеть рубашку с разрезом впереди.