— Не надо было меня провоцировать, — отвечает Кирилл, не глядя на меня, и тянет вверх по ступеням.
— Я? Я провоцировала? Когда? Что я сделала?
— Когда любезничала с ним.
Я упираюсь, не хочу идти в его комнату. Не хочу его и не хочу, чтобы он меня трогал.
— Не упирайся. Ты делаешь только хуже.
— Трахай свою Наташу. А меня оставь в покое, раз ты считаешь, что я недостойна доверия. Да отпусти ты меня в конце концов.
Упираюсь ногами в ступень и со всей злостью, какая есть в душе, смотрю на него.
— Нет никакой Наташи больше.
Есть только ты. И пока я не перестану хотеть тебя, ты будешь спать в моей постели. Поняла? — рявкает он меня.
И я застываю от страха, таким бешенством сейчас горят его глаза.
— Мне надоели твои истерики. Я не сказал ничего ужасного. Это была правда. Я тебя купил. Ты моя. И ты не смеешь общаться с другими мужчинами. Не смеешь уходить от меня.
— Я не твоя собственность. Я человек! И насильно ты не заставишь себя любить.
— Мне и не нужна твоя любовь. Только тело.
Подхватывает меня на руки и несёт в спальню.
— Если ты не забыла, в последний раз, когда я тебя трахал — ты визжала от удовольствия. Напомнить?
Ставит меня на пол и сдёргивает свой пиджак с моих плеч. Я прикрываю грудь, приподнимаю оборванный лиф.
Там на улице я не боялась его. Сейчас же мне страшно.
В комнате темно, он нависает надо мной. А я даже не знаю как себя защитить.
— Посмотри на меня, — приказывает Кирилл уже спокойным голосом.
Но я упрямо смотрю в пол. Не хочу его слушаться, не хочу отдавать себя ему в руки.
Если возьмёт, то точно не по моей доброй воли.
Жёсткие пальцы дёргают меня за подбородок, заставляя поднять голову.
— Ты слышишь меня?
— Нет. Можешь избить меня, можешь насиловать, я больше не собираюсь подчиняться тебе.
— Ты уверена?
— Да.
Его рука поднимается к моему правому плечу, рывок и последняя бретелька порвана. Платье жидким облаком ложится к моим ногам. Я стою перед ним лишь обнажённая. Он обнимает за талию и притягивает к себе.
— Я сделаю так, что ты будешь молить меня.
— Нет.
Пусть я и раздета, но сейчас я чувствую себя намного увереннее, чем пару месяцев назад.
— Никогда не буду. Если ты думал, что мне нужны твои деньги, то ты ошибаешься. И я не позволю тебе больше говорить всем, что купил меня. Я заработаю эти деньги и отдам. Тогда ты меня отпустишь?
Смотрю в его глаза. Взгляд не опускаю.
Мне не видно его лица из-за темноты вокруг нас, но мне хочется верить, что он хотя бы задумался.
— Нет.
