— Выписывают утром, но мне нужно убедиться, что Алина справляется. Завезти продукты и ещё раз проинструктировать няню и прислугу, — ответил Виктор и замер, поняв, что проговорился.
— Витя?! — ахнула Стелла. — Ты поэтому совсем не помогал мне готовить детскую и покупать приданое, даже не интересовался? Ты решил оставить ребёнка ей?? Но зачем тогда…
— Понимаешь, она же кормит! — виновато принялся он оправдываться. — Лучше материнского молока ничего нет! Я говорил с педиатрами, они в один голос утверждают, что лучше родной матери для малыша никого не может быть.
Алина поживёт с Даней, пока ему не исполнится шесть месяцев, а потом…
— А потом ты тем более его у неё не заберешь, — Стелла отвернулась, чтобы муж не увидел слёзы. — Я тебя поняла, Витя, только ты обещал быть со мной честным.
— Да, я виноват, но в чём моя вина? В том, что хотел родного ребёнка? Что берёг его мать, выполняя все капризы — ради сына? А ты не могла потерпеть каких-то девять месяцев! Так какая из тебя мать для Данилы, если ты ненавидишь ту, которая его выносила и родила? Права Алина — ты всегда будешь помнить, что он от другой, и никогда не сможешь его полюбить! Тем более, раз в своё время легко забыла о своих, то будет ли тебя волновать чужой? Мой сын должен расти в любви и обожании, поэтому его мать останется с ним столько, сколько ему понадобится.
— Давай разведёмся, — помертвевшим голосом прошептала Стелла. — Я уеду, и живите с этой Алиной…
— С ума сошла? Зачем мне кто-то другой, если у меня есть законная жена? Алина всего лишь мать моего сына, и только. Да, я спал с ней, но ты об этом знала — сначала ради зачатия, а потом — чтобы будущая мать чувствовала себя хорошо. Врач порекомендовал выполнять все капризы беременной, а у неё после наступления беременности повысилось либидо.
Знала бы ты, как мне было тяжело разрываться между вами обеими!
— Я не хочу жить шведской семьёй. Если ты забыл — я ушла от первого мужа, потому что не терплю измен. Пропусти, дай пройти!
— Стелл, не разочаровывай меня! Я заберу Данилку, как только ему исполнится год или полтора. Может быть, два, и он уже не будет так нуждаться в матери. Алина получит деньги и квартиру, в которой живёт, и оставит мне сына.
