Её голос, уставший и капельку заторможенный, в нём совсем нет издёвки или грубости, как я себе придумывала всё это время, поэтому продолжаю: – У вас всё хорошо?
– Да как сказать? – говорит она, тяжело вздыхая. – Живём пока. Сердце только болит.
– Может доктору показаться?
Юлия Сергеевна неловко смеётся.
– Всё нормально, Ян. Ты как, девочка?
На секунду умолкаю и с силой закусываю нижнюю губу. Свекровь интересуется так искренне, что я всячески стараюсь не разрыдаться и не жаловаться.
– У меня всё нормально. Сегодня вот… в общем, первый рабочий день, - ещё раз смотрю на разноцветное здание.
– Вот это новости. Наверное, так же как сестра в фирму отца пристроилась?
– Нет, – нервно смеюсь. – Я же там ничего не понимаю.
– Ну ты себя со счетов-то не списывай. Я всегда Богдану говорила, Яна у нас умная, как вообще тебя выбрала, простолюдина, не понимаю.
Качаю головой. Манера Юлии Сергеевны говорить о сыне всегда приводит в смятение. То чувство, когда говорит она, а стыдно мне.
– Не забывай про нас, стариков.
Не чужие ведь. РазвОдитесь вот, не получилось, я уж в это вмешиваться не буду. Да и Богдан запретил. Мы люди простые, неровня твоим родителям, но к тебе всегда старались относиться по-человечески.
– Знаю… Юлия Сергеевна, – голос садится, и я хриплю от волнения. – Хочу попросить у вас прощения за всё. Если обидела вас, а я точно обижала, сама знаю. Простите, пожалуйста.
– Да брось. Мы чай тоже неидеальные с отцом. И язык как помело под этим делом, сама знаешь.
– Как там Анюта? Динка? – спрашиваю с облегчением.
– Дочь лечится. Бог даст, выкарабкается. Клиника славная. Москва ведь, столица. Динка, – чуть отдаляется. – Динка-засранка вон сидит, кашу точит с утра. Нормально всё. Сопли только замучали.
– Сопли? – кружу взглядом по лобовому стеклу. – Промывайте почаще, чтобы в кашель не ушли. И мне звоните, если что… вдруг помощь нужна, сами же сказали, не чужие.
– Ой, спасибо, Яночка. Пока всё хорошо, а там поживём - увидим.
– Ладно, тогда до свиданья? – робко спрашиваю.
– Пока, дочка, – отвечает свекровь тепло. – Да, кстати… Богдан вечером должен заехать, может, отпустишь Ванюшку с Машуткой к нам? Я соскучилась, да и Дине повеселее.
Первая реакция – отказать. Это что–то природное, материнское. К тому же, боюсь, что дети заразятся от племянницы.
– Конечно, без проблем, – отвечаю, погасив внутри эмоции. – Пусть Богдан заедет или отправит водителя, как обычно.
– Водителя, – ворчит Юлия Сергеевна недовольно. – Прям барин стал.
