- Прекрати.
- Сама прекрати! В моем воображении ты такая развратница!
Отчаянно стучу Юру по груди, отчего тот открывает глаза и, навалившись всем телом, опрокидывает меня обратно на кровать. Мы тяжело дышим. И хоть, одеяло сбилось где-то в ногах, а я снова оказалась голой, смотрим друг другу только в глаза.
- Неужели ты никогда не думала обо мне в другом ключе?
- Нет, - честно отвечаю я. – Ты был другом семьи и никогда не давал повода о чем-то таком.
- Отлично, - нахальная улыбка делает Юру еще моложе, - если, не давая повода, я затащил тебя в постель, то что будет сейчас, когда я этот самый повод дам?
- Юр…
- Три жены, Риточка.
На что-то же они клюнули.
- Ты хочешь жениться в четвертый раз?!
- А ты хочешь жить во грехе?
- Юра, я не твои молодые дурочки, которые довольствовались отступными. После развода я оберу тебя как липку!
Надеюсь, что хотя бы это немного охладит Шмелевский пыл, но в ответ он улыбается еще шире.
- Никакого развода, Рита. Такая женщина как ты достойна выйти из брака вдовой со всем моим капиталом.
"
"Он нахально целует меня в нос и соскакивает с постели, чтобы найти скинутые в порыве страсти штаны. Смотрю и не могу поверить – Юра, Шмелев Юра рассекает у меня в спальне нагишом! Это настолько невозможно, что кажется не реальностью, а заставкой к фильму, картинкой из другой мультивселенной! Только почему в этом чужом искаженном мире я выгляжу гораздо более счастливой, чем в своем собственном?
Мышцы тянет от непривычной нагрузки, а уголки губ дрожат от желания улыбнуться.
- У тебя семейные трусы, - с тихим смешком комментирую Юрино переодевание.
- И что? Удобно и ничего не преет.
Он растягивает в стороны хлопковую ткань, отчего его белье становятся похожим на килт. Точнее на его укороченную версию, трусы у Юры хоть и в клетку, но едва-едва прикрывают зад. Не выдерживаю, и начинаю хохотать от этого зрелища – мужчина со здоровым юмором и самоиронией, что может быть чудесней? Господи, я и не думала, что когда-нибудь буду смеяться в собственной спальне.
Любой косой взгляд Стас воспринимал как личное оскорбление и мог долго обижаться на меня, если я чем-то задевала его эго. Но это было раньше. А сейчас я беззаботно хохочу над мужскими трусами и никаких мук совести! Как же мне сейчас весело, как хорошо!
- Признай, ты просто мне завидуешь.
