Пропускаю друга в крохотный коридор, чтобы тот разулся, мне нужно зайти в комнату, иначе нам двоим тут не развернуться. Все время, пока Шмелев суетится, шуршит пакетами с едой, перекладывает пирожные на тарелку, я задаюсь одним вопросом:
Как?! Как я могла подумать, что это пришел Стас? Господи, ну почему я еще стараюсь найти в своем муже что-то хорошее, верю, что наш разрыв хоть немного собьет с него спесь, сделает из прожженного эгоиста человека?
Нет же! Нет!
Оставь надежды всяк сюда входящий. И выходящий тоже.
- Рит, ты празднуешь что-то?
Юрин голос вырывает меня из печальных мыслей. Слежу за направлением его взгляда и вижу открытую бутылку шампанского, и два бокала. Оба полные, потому что никто из нас так и не притронулся к напитку.
- Угу, начало свободной жизни и то, что Волков согласился отписать мне квартиру и половину своей доли в фирме. Добровольно, прикинь?
- Круто, - кивает Шмелев. Зачем то забирает Маркуса у меня из рук, и показывает взглядом, чтоб я села на стул. Послушно опускаюсь вниз.
Юра садится вслед за мной. Пока Маркус тянет его за волосы, тот убирает в сторону и шампанское и два бокала. Пустой стол теперь напоминает переговорный. Пирожные и вкусный сыр спрятаны в холодильнике, чайник пыхтит на плите. Нам сейчас не до закусок. Слишком серьезен Юра, слишком зло смотрят на меня его глаза.
- Рит, я об этом и хотел поговорить. Как ты знаешь, фирма не только Волкова, она и моя тоже.
- Юра, я на твое не претендую.
- Верю. Но с такими темпами и я на свое скоро претендовать не смогу.
Мне не жалко, деньги это всего лишь бумажки, но не могу смотреть, как дело моей жизни вот так втаптывают в дерьмо."
"Хмурюсь. Никогда раньше не видела Шмелева таким - расстроенным, даже сердитым. Это же Юрка. Юрка добряк, простой и честный дядька, которого всегда называли мечтателем и никогда не воспринимали всерьез. И откуда что взялось, и металл в голосе и твердость в лице.
- На что ты намекаешь? – Все еще не понимаю я.
- Я не намекаю, Рит, я говорю вполне прямо.
Твой пока еще муж сливает уже нашу с тобой фирму.
На этих словах Маркус начинает звонко хохотать, будто понимает, о чем речь. Здорово, если хотя бы внук в теме, потому что я удивленно смотрю то на Юру, но на счастливого Маркуса и ничего не догоняю.
- Сливать это значит…
- Топить, - поясняет Шмелев. И отпустив внука обратно на пол, поясняет: - Стас делает все, чтобы наша фирма потеряла свою рыночную стоимость.
Я качаю головой. Большего бреда и придумать нельзя.
