Зал взрывается аплодисментами, народу сегодня на милонге много.
Герман ведёт Аду, я забираю, поворачиваю, чтобы она могла сесть в поклон, так делают это бальники. Красиво. Она умеет.
Мы все трое идём к выходу.
- Мне нужно переодеться, - тяжело дыша после танца говорит Ада, сдувая прядь со лба. — Спасибо, вы оба были великолепны.
- Спасибо тебе, богиня.
- Спасибо, Аделаида, это ты была великолепна, без тебя не было бы танго.
Она уходит в дамскую раздевалку.
Мы в мужскую — нужно снять туфли, надеть пиджаки.
- Дворжецкий, зачем тебе это надо?
- Что?
- Вмешиваться в мою жизнь?
- Почему ты считаешь, что я вмешиваюсь?
- Тебя Кристина попросила?
- Кристина?
- Не делай вид, что не понимаешь. В моей конторе ты общался только с ней.
Знаешь, что она была моей любовницей.
- Была? Может есть?
Мы оба дышим тяжело, стоим, друг напротив друга.
- Не твоё дело.
- Неужели? Ты не считаешь, что ей уже хватит связывать свою жизнь с кобелями и подонками?
- Ты считаешь, что ей лучше связать жизнь с таким как ты?
Этот кретин еще спрашивает?
Руки чешутся, у него, видимо, тоже.
- Я считаю, что она заслуживает правды и верности.
- Я никого не обманывал, с Кристиной у меня давно ничего нет.
- Неужели? Не ты был с ней в моём ресторане позавчера? — усмехаюсь, хотя и понимаю, что это подло.
- Был! Обсуждал дела! Какого хрена, Дворжецкий?
- Такого! Не позволю её обманывать!
- А ты не обманываешь? Все знают, что ты... ты сначала спал с одной женщиной, потом спал с её дочерью, теперь вообще хрен знает что?
- Порылся в грязном белье, да, Герман?
- Могу сказать о тебе то же самое!
- Я не буду оправдываться, тем более перед таким как ты.
- Какой я?
- Гнилой.
- Что? Ты...
Замах, удар, уворачиваюсь.
Мы снова танцуем, но на этот раз не танго.
Ты хотела крови, Ада? Будет тебе кровь.
Удар и первая кровь пущена, не моя. Алая струйка течет по его лицу.
Но Крестовский в долгу не остаётся. Еще удар. Твою мать, больно.
Краем глаза замечаю в дверном проёме Аделаиду.
Она стоит.
Спокойно.
Спокойно.
Сложив руки на груди.
Красивая.
Ноздри раздувает. Хочет сказать что-то, обругать нас, а потом.
Потом начинает смеяться, громко, с наслаждением. Ярко.
И тут я пропускаю хук справа.
(Прим. Автора: Здесь и далее речь идёт о картине ""Запах женщины"" режиссёра Мартина Бреста.
Сцена в которой слепой полковник танцует танго.
Я считаю это одной из лучших сцен в кинематографе в принципе, и лучшей сценой в которой есть танец.
