Кажется Лилия понимала, что не сдержит ни одного из данных сыну обещаний и смирилась с этим.
Возможно, мне стоило прийти чуть позже, чтобы не слышать этот разговор.
Возможно, отказаться от этого дела с самого начала.
Возможно, уже собирать вещи и бежать куда подальше от демонов прошлого и ошибок настоящего.
Но я тоже мать, и просто не смогу предать свои принципы. Если Лилия не верит собственным словам, мне придётся помочь ей их сдержать.
***
Из документов, полученных мною перед судом я узнала, что сына Исмаиловых звали Давид.
Давид Тигранович. Он был старше моего Степы чуть больше чем на год, а значит уже пошел в школу. В хорошую частную начальную школу в Москве.
И пока родители скрестили шпаги в зале суда провинциального городка он остался на попечение няни и тетки - сестры своего отца.
- Как ваш сын?
- Скучает.
- Злится?
- И довольно сильно. Кто бы мог подумать, что семилетки такие сообразительные и чувствительные?"
"Я улыбнулась, потому что понимала и знала.
Степе сейчас чуть больше пяти и иногда мне хочется закрыться в ванне и не смотреть в его любопытные, требовательные, жадные до знаний и ответов глаза. Синие и чистые. Пока еще полностью лишенные хитрости и корысти.
Дети словно лакмусовые бумажки показывают сколько сил, знаний и мудрости в них заложили родители. Показывают наши промахи и пробелы. Очень много пробелов. Вот только их не избежать и так сложно сократить до минимума.
- Давид очень спокойный мальчик и ему не нравится сестра Тиграна.
Она грубая и громкая, совсем не похожа на меня… - Лилия зависла, подбирая нужное слово. Говорила она по прежнему медленно и тихо: - Гаянэ никогда не одобряла выбор своего брата, а я была так влюблена в этого неотесанного южанина. Помните - говорила, он был совсем другим, но кажется в прошлой жизни.
Я помнила. И убедилась в том, что не стоит сейчас отпускать руку Лилии и передавать дело другому юристу. Оно уже похоронено стараниями Титова.
Осталось понять возможны ли переговоры и равноценный мирный договор между сторонами. Или стоит нарваться на еще одну громкую битву.
- Лилия, почему ваш муж настаивает на полной опеке над сыном?
- Потому что Давид его единственный сын, - просто ответила она. Но я чувствовала - что-то упускает. Деталь. Одну очень значительную и важную деталь.
- Это я понимаю. Но зачем ему это, если ребенок привык к матери? Поправьте меня, если я не права.
