Потому что я просто считаю, что ему знать о том, что у него родилась дочь после развода, ни к чему. Ворошить былое — тоже ни к чему. Всё это вообще — ни к чему.
Надо поменьше вообще контактировать. То, что сегодня в офисе случилось, было каким-то помутнением рассудка, о котором я пожалела теперь, когда мой мозг не долбили больше гормоны и розовые единороги убежали в связи с этим.
Всё это надо забыть. И, конечно, не говорить ему ни слова о том, что Дарина — его дочь.
— Это…хороший поступок, на самом деле, — сказала я, промакивая глаза бумажным платочком.
— Жаль малыша. Но ему попался ты, и я уверена, что ты сделал всё, чтобы ребёнок рос здоровым и счастливым.
— Почему ты плачешь? — всмотрелся он в мое лицо.
— Очень грустная история… .
— Это да. Но я уже давно её принял.
— Мальчик знает, что…
— Что он мне не родной? Не знает. Я расскажу ему позже… Он стал звать меня папой в очень раннем возрасте, когда я просто не знал, как ему объяснить, кто я такой… Я не стал переучивать.
— Ну, наверное, это правильно.
— Ты ему смотри не скажи. Я это тебе рассказал, как некую откровенность. И чтобы ты, дуреха, поняла, что мне твоя эта никогда нужна не была.
— Да, вижу. Ведь её тут нет.
— И я не знаю, где она. И знать не хочу.
— Верю. Ладно, поздно уже… Мы поедем с Дариной. Такси я уже вызвала.
— Может, всё-таки ответишь на мой вопрос? Ты так лихо соскочила с ответа, — остановил меня Руслан, но я не собиралась сдаваться.
— Извини, но тебя моя личная жизнь не касается, — остановилась я возле Руслана, который преградил мне путь к гостиной, где играли наши дети.
— Дарина! Дарина, давай обуваться. Такси едет.
— Когда она родилась? В каком году? — не отставал он с вопросами.
А меж тем такие конкретные вопросы стали меня не на шутку пугать… Неужто он догадался сам, что дочь может быть и его?
Но так просто я не сдамся. Я назвала ему неверный год. Уменьшила возраст Даринки на один год. Вот и пусть теперь думает…
Мы уехали домой и я выдохнула: как мне тяжело было находиться под сканером его проницательных глаз — не передать словами…
А через пару дней мне позвонил Руслан и пригласил на деловой ужин.
Отказаться я не могла — от него зависело будущее моей фирмы.
Я решила ещё раз выслушать его предложение, теперь я смотрела на него несколько…иначе. Эта фирма, к моему большому сожалению, теперь стоит не очень много, и выгоднее продать её Руслану на его условиях, чем дождаться поглощения компании и остаться в долгах.
