Мой, между прочим, автомобиль. Новый, из салона. Я им ни разу не воспользовалась, хоть у меня и были права. Просто мне всегда было удобнее ездить с водителем или Динаром. Теперь же я хочу машину и думала, что, раз это был подарок на пятилетие мальчиков, то муж запросто его отдаст, но нет.
Спор затягивается, адвокаты схлестываются не на жизнь, а на смерть, и в итоге судья откладывает заседание. Снова.
Я вылетаю из зала заседания первой. Нервная, расстроенная. Я ждала чего угодно, но точно не того, что Динар не захочет делиться.
Думала, что с запрошенным мною он легко расстанется, потому что это слишком малая доля того, что у него есть, но нет…"
"Он мелочится. Отменяет то, с чем соглашался ранее. То ли намеренно тянет, то ли… собрался подарить машину любовнице? Передарит Анне или Карине? Кому нужнее? Вторую можно удовлетворить и самокатом, а вот некогда любимая жена не удостоилась даже такого.
— Ясмин, — Артем выходит следом, подходит сзади и обнимает меня за плечи.
— Все хорошо, мы справимся.
— Сколько можно откладывать?! — возмущаюсь, но тут же затихаю, потому что на улицу выходит Динар со своим гениальным медийным адвокатом, от лица которого меня сейчас попросту тошнит.
Перед ними я не хочу выглядеть слабой, напротив, креплюсь, насколько могу, гордо задираю подбородок. Если Динар думает, что задел меня своим отказом, то спешу его разубедить — мне абсолютно наплевать.
— Это решение судьи, — мягко напоминает Артем.
— Он сексист. И явно меня ненавидит, обожая Динара, — говорю шепотом, приближаясь к лицу Артема.
— Ясмин!
Ну вот… пожалуйста!
Я собиралась спокойно дождаться, пока Динар уедет, и продолжить возмущаться, но у мужа, кажется, другие планы. Оставив своего гениального адвоката за спиной, идет к нам. Приближается максимально быстро, решительным широким шагом. Хмурится, глядя на то, как я держу Артема за руку чуть выше кисти, но ничего не говорит по этому поводу.
— Нам нужно поговорить.
Очень хочется отказаться. Сказать, что в разговоре я не заинтересована, и весь наш диалог будет проходить исключительно в суде и в присутствии адвокатов, вот только так мы никак не сможем прийти к консенсусу. Знай я, что отец меня поддержит, продолжит помогать не для того, чтобы получить выгоду, а просто потому, что я его дочь, я бы уже отказалась от всех денег и потребовала только одного — свидетельства о разводе.
