А он, под руководством дочери уже должен повесить их на выбранное место.
Любое рукоделие развивает мелкую моторику. А совместное ещё и служит сплочению в семье.
Ага. Прямо перед разводом.
Это всё рвёт мне сердце.
Телефон завибрировал в кармане домашних штанов. Достала аппарат и, положив его на пол, махнула по его поверхности, не глядя, принимая вызов и включая на громкую связь.
– Здравствуйте, Саша! – раздался уверенный и мелодичный голос.
Голос «Алого платья» из сортира.
Двенадцатая глава
– Я вас слушаю, – сказала ровным тоном, с чувством протыкая иголкой ватный шарик.
Чего мне стоил этот тон, и как я смогла не заорать от боли раненой чайкой, этого я не забуду никогда. Этой смеси ярости, боли и отчаяния.
– Меня зовут Ангелина, и мы с Игорем давно любим друг друга, – рисуясь, манерно пропела сортирная брюнетка.
– Это тебя, – передвинула я трубку ближе к побледневшему Игорю, который застыл перед стремянкой. – Игорь не знает, как вам сказать, – продолжала девица, пока он наклонялся за трубкой.
Я тронула Асеньку за руку и попросила пойти в свою комнату. Поискать, пока папа занят, среди своих игрушек и выбрать те, что нужно положить под ёлку. Пусть ребёнок не слышит этого ужаса.
– Ангелина Ивановна? Вы пьяны? Или под веществами? Что за бред несёте? – прошипел муж в трубку, стараясь не сорваться на крик.
– Игорь Леонидович? – сбилась с тона брюнетка, но быстро взяла себя в руки. – Игорёчек? Любимый! Давно пора рассказать всё твоей жене!
– Ты совсем с катушек слетела? Что рассказывать собралась? Как преследовала меня? Я тебе, шалава, так расскажу, что не отмоешься! – рявкнул он и сбросил вызов.
Встала и вышла из комнаты. Быстро накинула шубу и вылетела из дома в сторону внутреннего двора."
"Пролетела по расчищенной от снега дорожке до хозяйственного домика и, поскользнувшись, упала, больно ударившись коленом об мёрзлую землю.
Слёзы брызнули градом. Я свернулась клубочком и прикусила край домашнего платья, чтобы не выть раненым зверем на всю округу.
– Саша, ты что? Ушиблась? Сломала что? Где болит! – Игорь схватил меня в охапку и доволок в одно мгновение в дом.
– Не смей прикасаться ко мне! Убери свои руки! – отбивалась я от него, пока Игорь нёс меня в нашу спальню.
– Да что с тобой в последнее время? Ты как с цепи сорвалась. Я не узнаю тебя! Неужели ты веришь всяким наветам? – рявкнул на меня муж, усаживая на кровать.
Он опустился передо мной на колени и ощупывал мои ноги.
