Мы жили в одном приюте, и только с ней я поддерживала нормальные отношения.
Многие из нас друг другу так надоели, что видеться еще и после выпуска не захотели. Желали забыть наше приютское существование как страшный сон, вычеркивая любые напоминания о нем. Каждый начал новую жизнь, делая вид, что мы не знакомы, бывшие воспитанники разбрелись по всей империи.
К Элеоноре я и направилась.
Ее квартира находилась не так чтобы на окраине, но и на благополучный район это место мало походило, особенно после того, где жила до этого я.
Ну что могу сказать, не стоило и привыкать к хорошему.
— Хлоя?! — удивленно произнесла моя подруга и медленно меня осмотрела. — Выглядишь как побитая собака. Что случилось?
— Спасибо за честность. Пустишь на ночь? — устало вздохнула я. Добираться сюда пришлось пешком, потому время уже было позднее. Благо правоохранительные органы хорошо несут свою службу, потому у нас в городе безопасно гулять даже ночью.
— Ты почему с чемоданами? От Армана ушла?
— Да.
— Не все так розово в раю?
Глава 4-2
— Не все так розово в раю? — не без сарказма произнесла эта язва и посторонилась, запахивая покрепче махровый халат. Элеонора была красивой платиновой блондинкой, миловидной и стройной. Но насколько я знаю, постоянного мужчину не имела.
— Да, мы тоже люди, как оказалось, и проблемы нам не чужды.
— Прелесть, а я уж думала небожителей это обходит стороной.
— Ладно, можешь стебаться в свое удовольствие сколько угодно, — проворчала я, закатывая последний чемодан в крошечную квартирку подруги.
— Славно. А я-то ломала голову, как мне развлечь себя вечером. А тут подруга с чемоданами, — хохотнула подруга. Это была ее обычная манера общения, возможно, потому она и жила до сих пор одна? Не знаю. Хотя мы все такие из приюта. Только кто-то в большей степени, а кто-то в меньшей: кусачие, недоверчивые, но отчаянно мечтающие о лучшей жизни.
— Есть будешь? — Элеонора развернулась и пристально уставилась на меня.
— Не откажусь.
— Мой тогда руки и оставь в углу свои баулы. А то не пройти будет в комнате.
Я не стал ничего отвечать. Пристроила чемоданы у двери, разулась и пошла в ванную комнату.
У Элеоноры была крошечная квартирка, та самая, что полагалась каждому из сирот при выпуске из приюта. Всего две комнаты. Одна «три в одном» — гостиная, кухня и спальня, а другая — санузел.
Из зеркала на меня смотрела бледная, расстроенная, потерявшаяся женщина.
