Сейчас на повестке стояли более насущные задачи. Поесть — одна из них. Я встала, кровать предательски скрипнула, чем разбудила Эли.
Та мгновенно подскочила. Я скривилась, ведь не хотела ее тревожить. Темные круги под глазами подруги явно указывали на то, что предыдущий день выдался тяжелым.
Но все мы спали чутко и всегда держались на стороже. Еще один пережиток приютской жизни. Да и попробуй поспать, когда тебе могут состричь волосы или просто изрисовать лицо зеленкой забавы ради.
— Ты пришла в себя! — потянулась в кресле подруга.
— Эли, отправлялась бы ты спать. Что со мной случится? Это всего лишь истощение.
— Вот еще! Хочешь сказать, когда я буду подыхать, даже не придешь проводить меня в последний путь? — вскинула Эли тонкую и изящную бровь.
— Скажешь тоже, — отмахнулась я. Встала, чтобы найти свою обувь. Белые тапки стояли неподалеку. — Конечно, приду.
— Ну вот. Значит, сделаем вид, что только для этого я тут и сижу. Шкурный у меня интерес, и этим все сказано, — отмахнулась от меня Эли.
— Да ладно тебе. Так бы и сказала, что я твоя единственная подруга, — хмыкнула я.
— И вовсе нет, — по привычке запротестовала она.
— Ладно. Короче, это лишь истощение было. А вот ты упустила свой шанс. Могла бы воспользоваться ситуацией и подкатить к моему бывшему, пока я без сознания.
— Пф. Я сейчас как пугало выгляжу. Так что пока отложим. — Только вот то, как покраснела моя подруга, удивило.
— Не поняла. И что же такое произошло, пока я тут спала?
— Да так. Ничего особенного. Ладно.
Ты давай, иди умывайся, а я за едой сбегаю.
И подруга улизнула так быстро, что я так и осталась стоять с открытым ртом.
Пришлось качнуть головой и прийти в себя. Ладно, потом захочет, расскажет.
Я вышла в коридор и направилась в сторону туалетной комнаты. Там умыла лицо, привела одежду в порядок, волосы стянула в пучок. Вышла из туалета.
Пустой полутемный коридор наполнился перестуком каблуков. Я остановилась, и как раз из-за угла на меня вышла моя свекровь. Как всегда при полном параде, в своем неизменном великолепии.
Она была в длинной узкой юбке изумрудного цвета и коротком жакете с драгоценной брошью в виде совы, стоящей наверняка целое состояние. Ее убранные в высокую прическу каштановые волосы венчала небольшая изысканная шапочка с острым пером, что не так давно вошли в моду.
И если раньше леди Лукреция Стрикс излучала в мой адрес покровительственное благодушие, то сейчас она препарировала меня своим холодным взглядом.
Уходить было поздно.
