Развод Пиковой Дамы

— Арт… Тёма, — сипела, качаясь на волнах удовольствия, слизывая с губ мужчины собственные соки, сплетая тела. — Так нечестно… ты для меня всё, а сам…

— Тише, — Михайлов упал на спину, бережно укладывая меня себе на грудь. — Главное, что тебе хорошо. Отдыхай.

Я приняла щедрое предложение, восстановила дыхание и… отомстила.

— Инга-а-а, — стонал Тёма, когда я последовала его примеру, устроив экскурсию по телу любимого мужчины. — Ах-щ-щ… М-м-м…

Красивый, отзывчивый, открытый. Я не играла, я дарила удовольствие.

Мягкое, временами обжигающее, оно было похоже на мед с перцем. Искрящийся, тягучий, непредсказуемый в своем послевкусии.

— Возьми, — выдохнул Арт, делая едва заметное движение бедрами. — Возьми меня к себе… В себя.

Взяла. Впустила дракона в пещеру, соединила два мира, а потом… Одно движение, и я уже лежу на спине, а Артём нависает сверху.

— Побережем твою прекрасную шейку, — выдохнул заботливый искуситель, вторгаясь до основания. Растягивая, замещая пустоту и холод теплом и мужской силой.

Любовь — это полет, это когда пара крыльев на двоих. В эту ночь я летала, парила и срывалась в пропасть, доверяя сильным рукам любимого мужчины. Растворялась в оргазмах, принимала в себя жидкое пламя, делила одно дыхание на двоих. Без опаски, без сожаления. Душа нараспашку. До донышка.

Вечер перешел в ночь, которая оказалась сногсшибательной, причем буквально. Когда я собралась идти в душ, то внезапно поняла, что колени подгибаются, а мышцы во всем теле превратились в бесполезные тряпочки.

Поэтому в ванную комнату меня отнесли на руках. Бережно помыли, еще разок отлюбили, вернули в постельку, спеленали по рукам и ногам крепкими объятиями и только после этого позволили уснуть.

— Как хорошо, — я отключила будильник на телефоне и вернулась под горячий бок мужчины.

Сквозь щели между плотными шторами пробивалось яркое солнце, изо всех сил намекая на то, что день уже давно начался.

— Хм… Кажется, кто–то счастлив? — довольно, как сытый кот, потянулся Артём, подтягивая меня поближе и тут же прошипел.

— Инга! Ты что творишь⁈ — большой котяра моментально превратился в милого котенка, когда я не удержалась от искушения и провела пальцами по его груди, спустилась ниже, обвела пупок. Ну а что? Сам виноват, нечего демонстрировать пресс с идеально очерченными кубиками! Я — женщина, причем — как показала эта ночь — очень жадная до ласк и нежности.

— Тём, я самая счастливая женщина в мире, но пора вставать.