Несмотря на травму, Мира спокойно, но осторожно передвигалась и помогла подруге быстро накрыть на стол. Ничего сверхъестественного: вареная картошечка в масле, посыпанная зеленым лучком, салат из огурцов и помидоров с грядки Бакунц, бутерброды из черного хлеба с майонезом, зеленью, чесночком, кусочками маринованных огурцов и шпротами. И конечно, король застолья - шашлык из баранины, который получился таким мягким, что таял во рту.
За ужином много говорили, шутили, смеялись. Женщины сидели напротив мужчин, Белла на правах хозяйки, которая хочет всех накормить и напоить, все накладывала и накладывала еду Георгию, а Мира, как истинная казахская келин, наливала чай.
Она заметила, что при всем внешнем спокойствии Ансар о чем-то думал и постоянно поглядывал на нее. Мира помнила, что он говорил ей о побеге, но момент для этого пока не подвернулся, а уж когда Белла вынесла из дома гитару, Меруерт поняла, что они задержатся здесь еще на час.
-И что вы играете, Белла? - с интересом спросил Ансар, поставив на стол кружку с чаем.
-В основном тюремный шансон, - пошутила госпожа Бакунц, отчего ее Жорик поперхнулся чаем. - Это шутка, милый. Шутка. Я пою романсы.
-А ты, Мира, играешь? - Дулатов снова бросил на нее красноречивый взгляд.
-О, нет. Я на подпевках. У нас вон Белла прекрасно играет и на гитаре, и на нервах.
-Как я играю на нервах Георгий Васильевич еще не знает, Мирунь, - подмигнула Белла и положила шестиструнную на колени.
-Ничего, у него вся жизнь впереди, - пошутила Меруерт, отчего господин Хутиди как-то обреченно вздохнул и посмотрел на Ансара в поисках поддержки.
Сад, где стоял стол, был освещен простыми фонарями, которые устанавливал еще старший Бакунц. Теплый свет согревал тела, а первые аккорды и чистое звучание гитары - душу. Белла ловко перебирала струны длинными изящными пальцами, а когда запела, то казалось, что даже светлячки стихли, слушая ее чарующий голос:
Дождь притаился за окном
Туман поссорился с дождём
И беспробудный вечер
И беспробудный вечер
О чём-то дальнем, неземном
О чём-то близком и родном"
"Сгорая, плачут свечи
Повернув голову к Мире, Белла легким кивком головы дала ей команду вступать, и Меруерт послушно подхватила:
Казалось, плакать им о чём
Мы вроде праведно живем
Но иногда под вечер
Но иногда под вечер
Мы вдруг садимся за рояль
Снимаем с клавишей вуаль
И зажигаем свечи
Мира не обладала сильным голосом, но все же он был мелодичным, приятным и хорошо подходил для несложных романсов.
