Развод. Предатели

— Вероника надежная!

— Тебе-то откуда это знать? Сколько ты с ней? Полгода? Или меньше?

— Какая разница! — раздраженно сказал Ланской, — иногда одного взгляда достаточно, чтобы понять, что перед тобой та самая!

— Вот это ни фига себе ты романтик, — сказал Берг таким придурковато- восторженным тоном, что все прыснули со смеху, — Мы думали, ты сухарь сухарем, а оно вон как оказывается.

Быть объектом чужого веселья Ланской не любил, поэтому буркнул:

— Все, закрыли тему.

— Без проблем. Только еще один вопрос.

— Никаких шуток, — сказал Берг, глядя на него поверх стакана, — Мне твоя Верка всегда импонировала. Но сам знаешь, жена партнера – табу. А теперь, раз она свободна…почему бы и нет.

Вроде и правда не шутил. Дурак что ли? А впрочем, какая разница.

— Какое мне дело? Мы в разводе, — небрежно ответил Николай, — делайте, что хотите.

На этом тему закрыли, но неприятный осадок остался.

И только ночью, когда вернулся домой и, нырнув под одеяло, прижал к себе Веронику, стало лучше. Конечно, она надежная. Самая надежная. Он понял это сразу, как только ее увидел.

Утром Ника встала раньше него – ей надо было ехать на съемки, а он позволил себе еще немного поваляться в постели. Потом сходил в душ и спустился на кухню.

Невольно мазнул взглядом по столу в поисках завтрака – сказалась многолетняя привычка, когда выходил на все готовое, но там было пусто.

Ну и ладно. Не в кашах счастье.

Николай достал из холодильника палку копчёной колбасы и сделал себе пару увесистых бутербродов, потом налил кофе из кофемашины и приступил к трапезе.

— А нам? — спросила Марина, появившись на кухне спустя пару минут. У нее за спиной маячил полностью собранный Артем. Гладко выбритый, одетый, надушенный так, словно весь флакон на себя за раз вылил. Перед девками поди опять выпендриваться собрался.

— Вон колбаса, вон хлеб.

— А Вероника уже ушла? — разочарованно спросил Артем.

— Блин… Я хотел попросить ее забрать меня вечером после тренировки.

— Колесо пробил, — отмахнулся он, — ладно разберусь.

— Разбирайся, — сказал Ланской и, хлопнув, сына по плечу, ушел с кухни.

У него было много дел – совещание, подготовка с сделке века, несколько встреч, текучка.