Развод. Расплата за обман (СИ)

Но до утра такой вопрос не терпит.

Краткой консультации становится достаточно, чтобы понять: дело серьезное. И чем быстрее я помогу жене, тем лучше.

Пикает сообщение с ссылкой на видео, которое мне скинула специалист, и я, вымыв руки, сажусь на край кровати, вооружившись ютубом и настроем во чтобы то ни стало привести Миру в чувство.

Делать массаж… странно. Я все еще привыкаю, что грудь моей жены теперь не просто объект моего внимания. Это еще и целый мир для сына.

Ощупываю полыхающую кожу, сосредоточив все внимание и выдержку на том, чтобы найти уплотнения.

Но кажется, чего я не коснись — все абсолютно плотное, полыхающее и вызывающее болезненные стоны у жены.

Она больше глаз не открывает, только сминает простыни в кулаках, когда я начинаю медленно и осторожно повторять движения, показанные в видео. От ее горячего тела жар идет как от печи и я как ребенку, бормочу успокаивающие слова:

— Застой разобьем, а там легче станет. А потом и Коля подтянется, на сегодня забастовка уже закончиться должна.

Да, малец, поможешь маме? Ей без нас никак. В конце концов, это мы с тобой, Николай, мужчины в доме. И помогать должны нашей маме. Вот вырастешь здоровый, сильный, как я, тоже будешь на руках ее носить. А пока я готов вас обоих, слышите? Хоть весь день напролет, лишь бы никто не плакал и все довольны были.

Первая, долгожданная капля, появляется только спустя полчаса. Все это время мне кажется, что жена балансирует на грани обморока и я уже жалею, что не отправился за консультантом на другой конец Москвы и не привез ее к нам.

С другой стороны — столько времени даром потерял бы.

К моменту, когда Коля просыпается, и начинает требовательно хныкать, Мире становится как будто легче. По крайней мере, на голос сына она реагирует сразу, правда, глаза так и не открыв.

— Дай мне его, — говорит сипло, и я, остановив массаж, беру сына из кроватки и передаю в руки жены.

Приподнявшись на локтях, Мира устраивается удобнее и прикладывает сына к груди.

Я вижу, как морщится от боли ее лицо, вижу, что она губы кусает свои, и ощущаю острое желание снова сжать жену в своих объятиях. Такой она кажется беззащитной и юной, без той брони, что скрывает ее от меня в обычное время.

— Ест, — с облегчением выдыхает жена, — легче становится.

Молока так много, что несколько раз сын начинает кашлять, поперхнувшись, и я тревожно подаюсь вперед.