Развод. Расплата за обман (СИ)

Мне не следует привыкать к его постоянному присутствию. Это слишком опасно. И пусть его помощь сейчас приходится как нельзя кстати, я должна позаботиться о том, чтобы стена между нами не рухнула. Слишком долго я ее возводила. И слишком свежи еще в моей памяти воспоминания о том что случается, если подпустить его чересчур близко.

Малыш начинает капризничать и бросив взгляд на часы, я понимаю, что пришло время очередного кормления и сна. Однако, еще до того как успеваю приложить его к груди, из прихожей доносится тихая трель дверного звонка.

Марк что-то забыл? Или прислал курьера с очередным ворохом игрушек и одежды? За последние дни все владельцы местных детских магазинов неплохо обогатились за счет моего мужа.

Малыш начинает хныкать, когда я замираю на месте и перестаю его укачивать. Только после того как он требовательно тарабанит ручками по моей груди, я прихожу в себя и выдавливаю из себя:

— Здравствуйте, Инна Владимировна. Марк не предупреждал, что вы придете.

— А я что, без предупреждения не могу прийти на внука посмотреть? — свекровь окидывает меня недовольным взглядом и тянет руки к малышу.

— Вам стоит помыть руки, — выдавливаю из себя вежливо. — Вы же с улицы пришли.

— Ты права, — спохватывается она и даже пытается улыбнуться. — Увидела внука и голова сразу отключилась. Как же он на Владика похож, Мира. Ты бы знала!

— Я… — запинаюсь, не зная что на это ответить. Умом я понимаю, что женщина не сказала ничего плохого, но тем не менее по венам проносится ледяная волна протеста от такого сравнения.

Мой малыш жив. Я зубами и когтями вырвала его жизнь из лап судьбы. Мне безумно жаль ее собственную потерю, но от сравнения моего мальчика с ее умершим сыном, мне становится жутко не по себе.

К счастью, свекровь не ждет от меня ответа. Деловито ставит два огромных пакета у двери и идет в ванную.

— Хотите чаю? — предлагаю ей.

Чувствую себя при этом жутко неловко. Мне кажется, за все годы знакомства мы с ней впервые общаемся без присутствия Марка. Да и в нашей квартире она была лишь однажды, когда я решила наплевать на традицию отмечать его день рождения в ресторане и пригласила всех к нам домой.

Наготовила тогда кучу всего, но праздник все равно получился донельзя мрачным. Тогда муж впервые и рассказал мне про их утрату и про то, что с тех пор его мать так и не оправилась от горя.

— Ничего не хочу, спасибо, — отмахивается свекровь не сводя глаз с хнычущего свертка в моих руках. — Дай же мне его подержать.

— Он голодный. И спать пора.