Моя жажда свободы пробудила в ней тревогу и старую, затаённую боль, похожую на рану, которую не исцелили до конца, а лишь упорно заматывали бинтами.
Мариэлла не просто отказывалась бежать.
Она оставалась намеренно.
Я кивнула, чувствуя, как к корню языка подступает тугой, колючий комок, а в горле першит от холода:
— Спасибо вам, мисс Бишоп. Я никогда не забуду вашей доброты.
— Ты ещё здесь? — фыркнула она, но в голосе не было злости, лишь напряжённое ожидание.
Я последний раз взглянула на женщину, которая пять лет смотрела на меня как на пустое место.
А сейчас по неведомой причине рисковала всем ради моего счастья и свободы!
Затем развернулась и стремительно зашагала вдоль улицы, проговаривая про себя маршрут. Пальцы сжимали мешочек с драгоценными камнями, и я надеялась, что доберусь до станции без приключений.
«Направо по улице, третий поворот, до конца, налево, направо, станция… Антрим… Ларни…»
В тот момент я знала и верила, что моя жизнь изменится, но не представляла, чтобы настолько!
Глава 13
Герцог Аррон Грэй
Резким движением я поднялся с постели, и с высоты своего роста взглянул на Дейдру.
Новоиспечённая леди Грэй неловко куталась в одеяло и прикрывала на белоснежной простыне красноречивое свидетельство её невинности.
Глаза — овечьи, робкие, умоляющие. Волосы закрывают большую часть лица. Чёртова святоша. Стыдливо отводит взгляд, будто считает, что я не имею права расхаживать в своей спальне без одежды.
Меня передёргивает от отвращения.
Скривился так, что сам почувствовал, как перекосило лицо.
Первая брачная ночь с Дейдрой оказалась пустой, бессмысленной тратой времени.
Я даже не удостоил её взглядом, когда широкими шагами пересёк комнату и хлопнул дверью в ванную. Крутанул вентиль душа до упора. Вода ударила по коже — обжигающе горячая, идеально подходящая драконам.
Вот так гораздо лучше.
Смыть. Всё смыть немедленно.
Быстрыми, остервенелыми движениями я принялся втирать мыло в кожу, будто хотел содрать верхний слой вместе с воспоминаниями.
Приторный аромат ванили, которым Дейдра обрызгалась с ног до головы, въелся в ноздри и до сильного першения забил глотку.
Стоит комом, как сухая наждачная бумага.
Должна же знать.
Обязана!
Мы не выносим духи! Натуральный запах — то единственное, чем может пахнуть наша самка.
Вода хлестала по напряжённым плечам, пока в голове прокручивался прошедший день свадьбы.
Храм. Бесконечная церемония.
