Я повернулась к девушке и заглянула ей в глаза:
— Ты в порядке?
— Уже нормально, — тихо проговорила она и стала потирать свои запястья. — Спасибо вам.
— Что они хотели от тебя?
— Да что они могут хотеть? — усмехнулась девушка, поправляя манжеты формы. — Самоутвердиться за мой счет.
— Как тебя зовут? — спросила я, а Тенебра подошла ближе, склоняя голову, пристально вглядываясь в девушку, не моргая.
— Беатрис, — выдохнула та.
— А я — Ирида, а это Тенебра…
— Тенебра? Значит, «Тьма» на латинском. Очень интересное имя, — улыбнулась Беатрис.
А я замерла.
— Подожди… ты сказала на… латинском? А ты точно — Беатрис?
Но та не успела ответить.
Потому что к нам, минуя большую зеленую лужайку, мчался сам ректор Академии Дарклэй Тарвийский.
Он был зол… Нет. Он был в ярости.
И над всей Академией разнёсся гортанный, почти звериный рык:
— Беатр-р-рис! Где я тебя оставил, м?!..
— Ой, девочки… я влипла! Мне пора! Потом встретимся! — поспешно выпалила Беатрис, резко развернулась и припустила в противоположную сторону.
Светлые пряди волос мелькнули в воздухе, как ленты, и вот её уже не было.
Ректор свернул в другую сторону, идя той наперерез. Он был как хищник, который взял след.
Мы с Тенеброй остались стоять, моргая вслед удаляющейся паре.
— И что это было? — наконец выдохнула Тенебра, всё ещё сжимая огненную плеть, которая медленно угасала у неё в руке.
Я улыбнулась и покачала головой:
— Что-то подсказывает мне, что мы только что нашли нашу пропажу."
