Развод с генералом драконов (СИ)

— Потому что ей понадобилась всего пара недель, чтобы сделать то, с чем ты и за четыре года не справилась, — пожимает плечами муж. — Она родит мне сильных сыновей-драконов. Ты ведь не смогла.

— Как ты можешь, Рэйв? — шепчу поражённо. — Тебя же три года не было!

— А на хрена мне таскаться через всю империю к пустоцвету? Просто потрахаться я и в лагере могу.

— Ох! — захлёбываюсь от обиды и злости.

Резкими рваными движениями заматываюсь в покрывало, сердито шлёпаю ногами по холодному полу. Никогда в жизни со мной не случалось ничего подобного.

Стоя возле окна, Рэйвен одёргивает манжеты свежей рубашки.

Останавливаюсь сбоку от него, презрительно кривлю губы и задираю подбородок:

— Правда? — выплёвываю ядовито. — Что же сейчас не потрахался? В своём лагере?

Меня трясёт от возмущения и незаслуженной обиды. Дракон, напротив, невозмутим. невольно любуюсь его чётким профилем. Ровным прямым носом с горбинкой, волевым подбородком, тонким шрамом над бровью.

Шторм в лазурных глазах давно утих. Сейчас он смотрит на меня как обычно. Как всегда до этого… смотрел. Вот только раньше я не знала, как бывает иначе, поэтому не видела разницы. А сейчас вижу.

— Потому что беременных трогать нельзя, цветочек. А тебя можно. В любом случае, не слишком обольщайся. У меня так долго не было женщины, что разложил бы любую.

Думала, на мне уже живого места не осталось, чтобы ранить, но ему это вновь удаётся.

Поразительно, как же долго я обманывалась на его счёт! И прозрение обходится слишком дорогой ценой:

— Ты отвратителен, Рэйвен Сторм, — проговариваю твёрдо, перехватывая поудобнее края покрывала, в которое кутаюсь. Не позволяю себе расплакаться, только не сейчас. — Я думала, ты не такой… а ты…

— Я хуже. Намного хуже, чем ты можешь представить в самых страшных своих кошмарах, цветочек.

— ХВАТИТ!! Так меня называть!

В следующую секунду дракон вскидывает руку и, прежде чем я успеваю среагировать, прихватывает меня за волосы на затылке, дёргает грубо на себя и вверх, встряхивая как нашкодившего котёнка.

Я вынуждена привстать на цыпочки, но едва ли это спасает! Долго сдерживаемые слёзы всё-таки брызгают из глаз и катятся по щекам крупными градинами.

Цепляюсь за его руку, пытаясь хотя бы немного ослабить хватку. Впиваюсь в неё ногтями, царапаю, но ему хоть бы что.