Развод со зверем

— Лариса Дмитриевна! Срочно в операционную! Мы теряем реципиента!

Через пять минут я уже натягивала форму, а через десять мыла руки, тревожно поглядывая на суету реаниматологов в операционной.

— Пропустите! — скомандовала, влетая внутрь. — Где Князев?

— Он принимает донорское сердце, — доложили мне.

Мне принялись рассказывать о реанимационных мероприятиях, а я смотрела на мониторы, и картинка не предвещала ничего хорошего. Какого черта клиента довели до такого состояния, непонятно. Хотя, всякое бывает.

— Вскрываем, — приняла я решение и уже взялась за скальпель, когда вдруг откуда-то послышался звериный рев и звук стрельбы.

Охрана за стеклом засуетилась и похваталась за оружие, только их смело рванувшейся с петель дверью. Послышались крики, звук бьющегося стекла и глухой удар. Команда врачей попятилась к стенам, нерешительно переглядываясь, а когда стеклянная дверь вылетела, бросилась в панике врассыпную. И только я осталась со скальпелем наперевес, не в силах отвести взгляд от того, что предстало на входе в операционную.

Сложно было понять, что это вообще. Мысли в голове заметались со скоростью пуль. Мозг в панике пытался классифицировать незнакомый объект, но сдавался потихоньку панике. Ноздри забило запахом крови и медикаментов, уши закладывало от воя сирены и криков персонала. А я смотрела на огромного зверя, выпрямившегося в полный рост.

Медведь? Так у него будто руки и ноги, как у человека, только больше! Тело поджарое с хорошо прорисованными буграми мышц под кожей, покрытой тонкой шерстью.

Живот в нескольких местах прострелен, и из ран сочится кровь. Голова зверюги огромная, и, пожалуй тоже далека от медвежьей, хоть и напоминала отдаленно. Когда он раскрыл пасть и заревел, я отшатнулась, но тут же уперлась во что-то твердое позади и увязла, будто муха в паутине.

Меня сковало оцепенением, как во сне. Я не могла пошевелиться, беспомощно раскрыв глаза на приближавшееся чудовище. Все происходившее казалось бредом.

Ужасным, как плохой наркоз, в тумане которого беспомощно вязнешь.

Когда послышался выстрел, мне показалось, что взорвалась бомба. Я взвизгнула, а чудовище взревело, мотнув головой.

— Лара, на выход! — заорал Ярослав, обходя операционный стол.

Он держал в руках оружие и целился в монстра. А когда тот кинулся, бросился ко мне и сгреб в объятья, закрывая собой. Послышался пронзительный звон лотков и инструментов и грохот стола.