Моя нежная молчаливая мама и этот, внешне суровый уже немолодой мужчина. Или они не показывали своих чувств на людях? А сейчас, в стрессе, вся эта внутренняя нежность вышла наружу.
Если Катерина, зная своего отца, видела это отношение, то тогда объяснима её детская ревность… Но человека определяют поступки. А она переступила, как обычно, черту.
– Я еду с тобой! За тобой, как за маленькой, следить нужно! Молчала она! Терпильщица! – тем временем решительно заявил Валерий Сергеевич, взмахивая свободной рукой.
– А твоя спина? Разве ты высидишь столько в машине? Не придумывай… ты нужен здесь. Катерина одна не справится, – мама, как всегда, думает прежде всего об окружающих.
Я вскинулась и почти бесцеремонно влезла в их разговор, но Яр придержал меня и приобнял за талию. Горячая рука отвлекла меня от подглядывания и переключила совсем на другие эмоции.
– Зато, может быть, поймёт, сколько ты на себе тащила и как оно ценится, – Валерий Сергеевич уже упёрся, и его, похоже, не сдвинешь с места.
– Не нужно тебе тащиться с нами. Приедешь и сразу в больницу загремишь! Оставайся дома! – попыталась мама ещё раз.
– А следом за вами на поезде тогда поеду! И не отговаривай! Лизонька, я тебя не оставлю! – замотал он головой.
– Тогда и я с тобой поеду поездом! – сказала мама улыбаясь.
– Мам? Ты серьёзно? – не поверила я.
– А что? Поезда сейчас у нас ходят хорошие. Удобные. Сядем по-стариковски на конечной и доедем до Москвы. Можно лечь, поспать по дороге.
Я не каталась на поезде уже лет десять! – вскинувшись, улыбающимися глазами посмотрела на меня мамочка.
– Валерий Сергеевич?
– Очень хорошее решение! Вы, молодёжь, поезжайте на машине. А мы следом доедем! С комфортом! – с достоинством и чувством выполненного дела кивнул он головой.
– Хорошо, но только я вас сама посажу и провожу. На всякий случай, – решилась я, высматривая в интернете наличие билетов.
Пока неразлучные путешественники складывали чемоданы, уже к вечеру на закате я, переодевшись в свой старый купальник, собралась к морю.
Выходила из комнаты, и попала в руки Ярослава.
– Сбегаешь? – прошептал он мне на ухо.
– Хочу моржануть. Неизвестно, когда в следующий раз попаду к морю, а вода уже терпимая, – улыбнулась я.
– Подожди, я с тобой!
Покидав в сумку полотенца, пледы, и прихватив куртки, мы побежали на берег купаться.
Моржевать.
Если очень активно двигаться в воде и не сжиматься, то жить можно. Но недолго.
