Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

– Нет, но… Разве банк сдаёт в аренду залоговое имущество? Такое возможно? Я считала, забранное за долги кредиторы потом на каком-нибудь аукционе продают или что-то вроде того.

– Стал бы я тебе предлагать, если бы это было невозможно? – парирует Андрей.

Ещё и смотрит с таким неприкрытым укором, что невольно совестно за собственные сомнения становится.

– Прости, просто я до сих пор под впечатлением и не уверена до конца, что мне это всё не снится, – улыбаюсь виновато. – Ты же всё-таки, считай, мою мечту исполняешь.

– Да это я просто взятки люблю. С тебя ещё один ужин, – улыбается в ответ друг, накрывая мою ладонь своей.

– Да за такое я тебе сто ужинов готова пообещать!

– Если накинешь сверху ещё парочку-другую обедов, тебе вообще цены не будет, – ловит он меня на слове.

– А если я к обедам и ужинам завтраки прибавлю, скинешь арендную плату?

Андрей снова улыбается.

– А завтраки на кухне, как утром, или в постель? – щурится лукаво.

– В постель тебе жена завтраки носить будет, – парирую невозмутимо.

– Жены у меня нет, – пожимает плечом Гром.

– А вот, кстати, почему? – смотрю на него с любопытством.

Он ведь в самом деле за столько лет даже не встречался ни с кем толком. Постоянной любовницы и той нет.

А на мой вопрос Андрей вновь пожимает плечом.

– Не дождался? – хмурюсь.

– Может, и дождался.

– О, так у тебя кто-то есть? – окончательно теряюсь.

За тридцать восемь лет я настолько привыкла, что Андрей всегда рядом, что иного себе и не представляю.

Сам Андрей на мои слова в очередной раз улыбается. Сбавляет шаг. Мы останавливаемся, а он разворачивается ко мне всем корпусом и тянется к волосам. Оказывается, за них зацепился прилетевший вместе с ветром листочек, его Гром и убирает.

– Иногда ты такая наивная, – добавляет попутно.

Не знаю, как насчёт наивности, но чувство неловкости в последние сутки рядом с ним во мне просто зашкаливает.

– Идём обратно к машине, пока ты совсем не замёрзла?

Хочу сказать, что вовсе я не замёрзла. С чего он вообще так решил? Но в итоге молчу. И лишь будучи в машине я произношу то единственное, что точно могу и должна сказать.

– Спасибо тебе. Даже не знаю, как тебя благодарить за всё, что ты для меня делаешь.

Ловлю ещё одну его улыбку.