– Пап, ты как? – Женя реагирует быстрее, чем я, подходит к отцу и осторожно обнимает.
– Нормально. Так. Царапина. Жить буду.
– Царапина, – еле выговариваю я, – это всё твоя чокнутая любовница, как только ты мог…
– Не при сыне, – жестко отрезает Олег.
– Он все знает, все уже давно все знают. Зачем скрывать! Олег, она напала на тебя, она напала на меня. Только не надо её защищать. Полиция уже была? Ты дал показания?
– Мам, правда, давай не сейчас. – Женя подвигает стул, садится рядом с кроватью отца.
– Пап, расскажи, что случилось? Как это произошло? Какие ранения ты получил?
– Ну как это не сейчас? А когда, если не сейчас? Мы должны что-то сделать. Мы должны ее наказать. Она должна ответить за свой поступок. Она напала на меня среди белого дня. Это был не импульс. Это было спланировано. Она хотела это сделать. Да и вообще, я до сих пор понять не могу. Как она узнала? Где я? На каком вокзале? На каком перроне? Откуда? Кто ей сказал?
Мужчины переглядываются, затем смотрят на меня.
Молчат. Неприятная мысль возникает в голове.
– Это Алиса сказала, да? Где она вообще?
– Я ей звонил, – говорит Женя. – Она с ребенком. Марк скоро её привезет.
– Я прибью ее, – взмахиваю руками и отхожу в сторону.
Прикладываю прохладные ладони к лицу, щеки горят. Пульс скачет, как бешенный, голова жутко болит. Просто в голове не укладывается.
– Жень, оставь нас, – говорит Олег, – узнай где твоя сестра, а потом ты мне понадобишься, нужно решить будет пару вопросов.
Женя похлопывает отца по плечу и уходит.
Я стою перед Олегом, не поднимаю взгляд.
Мне так больно смотреть на него.
Я чувствую вину, не знаю по какой причине. На этой койке должна быть я, но лежит он.
У меня сводит желудок и болит под ребрами, я будто ощущаю его боль.
– Тань, – спокойно говорит Олег, – сейчас ненужно искать виноватых. Она это сделала. Да. Её задержали и она ответит за свой поступок.
– Как ответит? Посадят на пару лет? Это в лучшем случае! А что потом? Бояться выходить на улицу? Она следила за тобой, Олег, если ты думаешь что она увидела тебя и влюбилась, то ты ошибаешься.
Это была спланированная акция. Она даже с Алисой начала дружить, чтобы подобраться к тебе. Ты это понимаешь? Она сумасшедшая, она чокнутая. Ни одна женщина в своем уме не будет вытворять подобное. Олег, ты хоть понимаешь, с кем ты связался? Неужели ты этого не видел, не замечал? Неужели ты был так слеп? Я не могу понять.
