— Фига с два! Открывай!
И она снова стучит.
Стараюсь успокоиться, глубоко вздыхаю, но ничего не получается. И наконец решаю открыть как есть, выбора нет.
— О боже милостивый… — охает она, оглядывая меня, тянется, обнимает. — Милая подруга, мне так жаль! Я никогда не видела, как ты плачешь…
Как будто кто-нибудь другой видел… Разве что мама в детстве.
Но странное дело — я подруге до ужаса благодарна за теплые объятия, попытку утешить.
— Не надо было мне вообще говорить, что я его узнала… — охает она. — Дурища, тоже мне, полезла со своими обличениями… Понятно же, раз молчал, значит, не хотел тебе говорить!
— Хорошо, что сказала… — всхлипываю. — Иначе он бы мне еще неизвестно сколько времени голову морочил. Эх, как же я сразу его не узнала-то! Кретинка слепая…
— Он когда пришел на вечер встреч выпускников, все прям обалдели, — рассказывает она. — Наш Тюлиньков — и такой красавчик… Его вообще никто не узнал, так что ты себя не кори!
— А я ведь ему поверила! — почти кричу.
— Поверила, что такой мужик может мной всерьез заинтересоваться… Что я смогу быть счастливой после фиаско с Романом… А он просто мстил! Наверное, ржал надо мной каждый день, что я такая дура доверчивая, что со мной можно запросто переспать… И главное, почему?!
Светлана цокает языком.
— Ну вы тогда бедного Тюленя знатно опустили… Ты перед ним так и не извинилась?
— Я бы извинилась! — резко вскрикиваю. — Я хотела… Но теперь не буду! Да, я сделала паршивую вещь… в школе… четырнадцать лет назад! Это причина, чтобы месяц со мной спать и строить планы мести? Я ему верила! Я ему так верила! Света, я перед ним настоящий душевный стриптиз устроила! Рассказала обо всём: о Мальцеве, о своей боли, о планах.
А ты знаешь, как тяжело мне даются откровенные разговоры! Я ему раскрыла всю себя, свои надежды, а он… А он какую-то детскую обиду поставил впереди планеты всей… Наверное, пока я ему про себя всё выкладывала, смеялся в душе и думал, как меня этим потом подденет! Я думала, что мы с ним родственные души, что мы близки.
Да, я его обидела когда-то, но разве это причина себя так вести теперь? Мне кажется, эта месть из разряда «ты мне набила шишку, отрежу-ка я тебе за это руку»! Вот примерно так! После такого поступка он не заслуживает извинений, скорее, хорошего пинка под мягкое место!
Глава 48. Пинок коленом под…
Снежана
— Ты в порядке? — спрашивает Светлана, наливая мне в кружку кофе.
