Нажимаю кнопку внутренней связи на стационарном телефоне, прошу секретаря:
— Кристина, кофе!
Но вместо нее в комнату заходит Снежана, и я застываю, как истукан, завороженный ее появлением. Даже встать с дурацкого кресла не догадываюсь.
Она мнется у двери, потом проходит.
«Нет, я ее не люблю… Я ее обожаю! Всю — от макушки до пят!»
Снежок невероятно красива, хотя одета в простые джинсы и белую майку. Всё в этой женщине кажется мне невероятно милым, радует глаз.
— Привет! — хриплю, когда она проходит к моему столу.
— Присаживайся, пожалуйста…
— Я поговорить… — заявляет она.
«Ты подумала над моим предложением?» — хочу выкрикнуть, но не решаюсь, ведь если сейчас скажет, что собралась в Москву, я прямо на этом кресле сдохну от сердечного приступа. Говорят, что инфаркт — болезнь разбитого сердца, вот от него-то и скопычусь. Неважно, сколько мне лет и в какой я физической форме.
Однако Снежана выдает нечто неожиданное:
— Игорь, ты был серьезен?
— В каком плане?
— Ты правда хочешь быть отцом моему ребенку? Я имею в виду настоящим отцом, а не для галочки! Таким, что не только алименты заплатит, но захочет с ребенком погулять, провести выходные, научить кататься на велосипеде, отведет в поликлинику… — начинает перечислять она.
Слово «алименты» мгновенно меня напрягает, но я стараюсь не подавать вида. Отвечаю максимально искренне:
— Всё это и даже больше, Снежана! Я давно созрел, чтобы быть отцом.
— Хорошо, — кивает она и продолжает допрос: — Но ты же не передумаешь? Потому что если через год-другой ты решишь, что этот ребенок тебе не нужен, и самоустранишься из его жизни…
Не понимаю, к чему она клонит, невольно хмурюсь и спрашиваю:
— Как можно самоустраниться из жизни собственного ребенка?
— Очень даже можно… — хмыкает она.
— У моего биологического отца этот фокус прекрасно получился. И я хочу тебе сказать — это больно, Игорь! Лучше уж совсем не знать отца, чем потом переживать, чем ты плох, что он не хочет с тобой общаться…
Теперь понятнее, откуда дует ветер ее сомнений.
— Я не собираюсь никуда устраняться, Снежана! Можешь быть спокойна!
Она долго смотрит на меня, сканирует взглядом, потом вдруг кивает.
— Хорошо, тогда давай попробуем…
— Что попробуем? — спрашиваю с опаской.
«Неужели она согласится замуж?»
Слишком боюсь поверить своему счастью… И, оказывается, не зря.
— Растить ребенка, Игорь! Учитывая наши с тобой проблемы по этой части, другого ребенка может и не быть… Замуж за тебя не пойду, извини, но и в Москву не уеду.
