— Вообще-то, у этих детей в наличии и мама, и папа! Соски в рот точно им сунуть сумею, да и в остальном помочь, не безрукий же!
— Переквалифицируешься в няню? А ресторан на кого оставишь? — продолжает возмущаться Снежок.
Довольно хмыкаю, отвечаю:
— Я в этом бизнесе не первый год, у меня всё отлажено, уделю вам время, не переживай! Или ты не рада двойняшкам?
Она шумно вздыхает, смотрит на меня виноватым взглядом.
— Что не так? — тут же начинаю волноваться.
И тут моя прекрасная, умная, рациональная Снежана начинает рассказывать сумасшедшую историю о каких-то Чикатилиных, ее родственниках, о количестве их отсидок и тяжести преступлений.
— История не из приятных, да, но при чем тут наши двойняшки? — поначалу не понимаю.
— Ну как же! — охает Снежок. — Они тоже были двойняшками, наследственность нехорошая… Вдруг и наши…
«Да, с этой женщиной не соскучишься!»
— Снежок… Вообще-то, наследственность не зависит от количества плодов. Ты же не выросла преступницей, так? И если покопаться в моей биографии, там тоже наверняка всплывет много разного… Я думаю, это зависит от воспитания…
— Да? — хлопает она ресницами.
— То есть тебя эта семейная история не пугает?
— Абсолютно… И не беспокойся, я помогу тебе с детьми! Будем настоящей дружной семьей… Я всегда о такой мечтал!
— И я! — кивает Снежок, ластится ко мне, обнимает за шею. — Я тебя люблю, Игорь!
Обожаю, когда она так говорит, у меня от ее слов аж дрожь по телу, мог бы часами слушать. С тех пор как Снежана призналась мне в чувствах впервые, ее как подменили, говорит каждый день.
Она стала гораздо более открытой, доступной, земной… моей!
— Я тоже тебя люблю, милая!
Уверен, всю жизнь буду любить ее и наших детей.
«Двойняшки! Поверить не могу…»
* * *Снежана
— Аккуратно! — ругает меня Светик, расставляя угощение на длинном фуршетном столе. — Сейчас животом всё сметешь!
Это да, я могу. Близнецы мигом разнесли мою талию, и теперь я похожа на воздушный шарик — такой у меня круглый, большой живот.
— Я аккуратно… — тут же надуваю губы и встаю в сторонке.
Светик хватает со стола тарелку, кладет туда парочку мини-бутербродов с лососем.
— На, не обижайся!
— Думаешь, меня можно умаслить едой? — упираю руки в боки.
— А нельзя? — искренне удивляется подруга.
Молча беру тарелку, демонстративно отворачиваюсь и начинаю поедать лосося. До чего же вкусный, зараза…
Светик подходит ко мне, подносит стакан с соком.
