Разворот на восток

Но вдруг он имел в виду миры, лежащие совсем рядом снами, но в тоже время так далеко, что это трудно даже вообразить?

25 декабря 1943 года, 9:45. Бывшая Казахская ССР, Алма-Ата. Пассажирский вокзал.

Командующий первым мехкорпусом ОСНАЗ генерал-лейтенант Вячеслав Николаевич Бережной.

Гугукнул паровоз, лязгнули вагонные сцепки, в вагонном окне поплыло назад здание вокзала. Штабной эшелон тронулся в путь. Вот так, тихо, только под стук колес, без музыки оркестров и бравурных речей, корпус отправился на вторую русско-японскую войну.

И бойцы, и командиры понимали, что мы идем на наш последний и решительный бой, после которого возле Советского Союза в шаговой доступности вообще не останется врагов."

"С одной стороны, это означает конец моей военной карьеры. Здесь, в этом мире, я реализовался как командир мехкорпуса ОСНАЗ, мастер таранного удара и гений маневренной войны, и после последней победы эта армейская специализация по факту станет невостребованной. И хоть товарищ Сталин и обещал мне должность советского наместника в Японии и Корее, сложно даже представить, что я смогу быть таким же хорошим политиком, каким был полководцем.

Не знаю, не знаю… Моей жене в этом смысле гораздо легче, ибо хорошие врачи-хирурги, тем более с опытом работы в Евпаторийском госпитале, нужны не только в армии, но и в гражданской жизни. Не исключаю, что в ближайшее время мне предстоит превратиться в военного пенсионера, автора мемуаров о боях и походах, мужа знаменитого профессора Лапиной, светила медицинской науки.

С другой стороны, это все же будет окончательная победа, обеспечивающая долгий и прочный мир, за который мы так жестоко и кроваво сражались кто два, а кто и все два с половиной года. В нашем мире победа в Маньчжурской операции привела только к тому, что на дальневосточных рубежах японских самураев сменили американцы, не менее лютые и подлые. Но тут все будет совсем не так. Янки нервно курят на балконе, наблюдая за тем, как мы вертим Землю в нужном нам направлении, так что в этом мире грядущая победа и в самом деле будет окончательной и бесповоротной.

А это, как мне кажется, достаточный повод попробовать сменить профессию. И Алена со мной согласна. Она поедет за мной куда надо, и как настоящая жена офицера будет ждать меня столько, сколько потребуется.

И вот позади нас осталась заснеженная и притихшая Алма-Ата – исконно русский город, которому, думается, в скором времени вернут изначальное название Верный.