Разворот на восток

Но ведь и ваши большевики тоже перед нападением Гитлера собирались побеждать врагов одной лишь марксистско-ленинской теорией, которая, по их мнению, сама по себе являлась всесильным оружием…

– Не совсем так, Николай Александрович, – парировал старший майор Османов, – материальной составляющей в ходе подготовки к грядущей войне тоже было уделено первостепенное внимание. Но ваш шурин и тезка, а также грянувшая по его падению Гражданская война оставили после себя такое наследство, что новой советской власти требовалось за десять лет пробежать путь, на который у других стран уходил целый век.

Ведь уже в ноябре восемнадцатого умным людям было очевидно, что грядущий Версальский договор будет не о вечном мире, а о перемирии на двадцать лет, которые понадобятся на то, чтобы в Германии выросло новое поколение солдат, а гауптманы и майоры стали генералами и маршалами. Половину этого срока большевики потратили на междоусобную грызню и восстановление разрушенного, а вторая половина была посвящена гонке индустриализации. Это было страшное время. С одной стороны, имели место страхи не успеть развить военную промышленность к моменту начала новой Великой войны, а с другой, техника развивалась так стремительно, что уже произведенное оружие быстро устаревало. То, что в тридцать пятом году было последним писком военной моды, к сороковому превращалось в отсталый хлам. Советский Союз почти успел: к моменту нападения Германии основные типы будущего оружия победы были разработаны и уже пошли в серию.

– Но первые полгода войны, господин майор, Красная армия терпела от германцев сплошные поражения, – не утерпев, возразил Гурий. – Вермахт вплотную подошел к Москве и Петербургу, и только чудо тогда спасло большевистский режим от краха.

Куликовский-старший раздраженно шикнул на отпрыска, чтобы тот не влезал в разговор серьезных людей, но Мехмед Османов, не моргнув глазом, назидательным тоном сказал:

– Великий Кутузов Москву Наполеону сдал, но войну все равно выиграл.

И спасло советскую власть не чудо, а народ, который встал за нее стеной, при том, что вермахт за полгода ведения боевых действий полностью утратил свой пробивной потенциал.

– А потом, – сказала хозяйка дома, скрестив на груди руки, – из своего мира пришли вы и оказали господину Сталину такую поддержку, что с вашей помощью он смог поставить на уши весь мир.