Разворот на восток

После обязательной церемонии приветствия (все же мы не варвары, и понимаем, что такое этикет) японской делегации были поданы автомобили для поездки к месту расположения моего штаба. При этом с маршалом Сугиямой я поздоровался по-европейски, холодно, лишь с минимальной долей вежливости, а вот настоящего главу японской делегации приветствовал поклоном и словами – частью по-японски, частью по-английски:

– Коничива, Минору-сан, я очень рад, что вы здесь, и теперь мы больше не смотрим друг на друга через прорезь прицела.

Вы великий воин, деяния которого вызывают большое уважение.

– Здравствуйте, Вячеслав Николаевич, – на ломаном русском языке сказал Минору Гэнда, но потом перешел на английский, – я тоже рад приветствовать великого воина, победившего огромное множество врагов. Хотелось бы спросить: вы тоже не любите янки и лаймиз?

– А кто любит людей, которые хотят соблюдать только свои интересы? – вопросом на вопрос ответил я. – В этом мире путем стечения некоторых обстоятельств и совместными усилиями двух наших стран нам удалось оставить их запертыми на американском континенте, а вот у нас дома эта расплодившаяся саранча стала угрозой для всего живого.

– Так вы считаете, что в какой-то мере наши страны даже были союзниками? – удивился мой собеседник. – Так почему же вы тогда объявили нам войну, убили множество японских солдат и сокрушили Квантунскую армию?

– А потому, дорогой Минору-сан, что наши интересы совпадали только в плоскости противостояния Североамериканским Соединенным Штатам, а во всех остальных проявлениях своего существования Японская империя представляла для нас смертельную угрозу.

Мы помним как о вероломном японском нападении на Россию сорокалетний давности, так и о совсем недавней Нанкинской резне, когда множество мирного китайского населения было убито японскими солдатами безо всякой пощады. В нашем распоряжении есть материалы секретного «отряда 731», готовившего планы наступательной бактериологической войны против Советского Союза. Нет, с такими оппонентами, как вы, переговоры можно вести только после того, как у них будут переломаны руки и ноги, а также выбиты все зубы.

– А вы суровы, Вячеслав Николаевич, – покачал головой Минору-сан, – но я принимаю ваши аргументы – настоящие самураи всегда оплачивают долги чести и смело смотрят в лицо поражению."

"– Все дело в том, Минору-сан, – сказал я, – что у меня тоже есть долг чести перед моими детьми.