Не особенно смущается, но начинает застегивать рубашку. Замечаю, что стараюсь уловить каждый его жест. Это вообще ненормально. Выхожу из машины, делаю шаг со специальной площадки к дому. Поднимаю голову, напарываюсь на взгляд Адмиралова.
— Здравствуйте.
Здороваюсь безукоризненно вежливым тоном, вздернув подбородок. Хочу смотреться уверенной, хотя колени под широкими джинсами дрожат.
— Доброе утро, — кидает Матвей.
Ага, уже почти полдень и совсем не добрый. Иван берет пакеты из машины, закрывает ее. Он вроде и не рядом, но в зоне слышимости.
Так что его брат ведет себя как ни в чем не бывало. Машет руками, делая нечто вроде разминки. Я стараюсь не смотреть на пальцы, которые превращали меня в воск.
Уже через несколько секунд все мы слышим звук двери. Выходит Элла Геннадьевна, мама Ивана. Ну и Матвея, получается, тоже. Вот ведь дьявольщина… Это же надо талант иметь, воспроизвести таких разных детей.
— Привет, Миленочка!
Я расплываюсь в улыбке.
— Здравствуйте, Элла.
Она велела так ее называть. Будущая свекровь подходит, легонько обнимает. Я тоже поглаживаю ее по стройной спине. Она как всегда пышет лоском и отличным настроением, здорово пахнет. В ее присутствии мне хочется вытянуться по струнке.
— Как дочка? Неужели еще не выздоровела? Что-то не так с ее иммунитетом! Может, отдать малышку в бассейн? Я посоветуюсь с Семеном Ивановичем.
Она имеет в виду друга семьи. У него вроде бы частная клиника.
Но у нас есть свой отличный педиатр, дочка болеет в рамках нормы. Я вроде и понимаю, женщина хочет добра. Но внутри колет, и что-то надламывается. Еще и на фоне присутствия Матвея. Не выдерживаю и смотрю на него.
Он тоже глядит в этот момент на меня, щурится. Но не с пренебрежением, как я сначала ожидаю. Просто с интересом. Ну хоть этот не стал добивать.
— Я тоже ей все время говорю, Златка часто хватает простуду. Изнежили ее с бабушкой.
А вот Ваня не удержался от «мудрого» замечания. Мои челюсти сжимаются, но я стараюсь успокоить себя тем, что Иван просто не знает ничего о детях.
Он младший ребенок, своих малышей нет.
— Она уже почти поправилась.
Улыбаюсь всем, даже чертову Матвею. Сейчас я должна держать себя в руках, это самое главное."
"Слава богу, неприятный разговор заканчивается. Время и правда движется к двенадцати, мы ехали долго — пробки. А впереди много работы. Иван идет переодеваться в дом, оттуда выходит мой будущий свекор. Мы здороваемся.
