Ребёнок магната. Не.Разлучные.

Мне казалось, что деньги деда Адама помогут мне начать новую жизнь, которой меня лишили мои же родственники, оставив в детдоме. Бросили нас с сестрой на произвол судьбы и даже не вспомнили.

Однако в одном я не врала: мы с Даной действительно потомки Левицких. Я верю документам, которые с таким трудом добыла.

И тем не менее, три месяца назад я отступила. Исчезла из семьи, покинула Польшу, как Ян и хотел.

Но теперь он здесь. В дверях дома моей сестры.

Не прекращая буравить ее взглядом, переступает порог, приближается к ней.

Задерживаю дыхание. Перед Яном сейчас — моя идентичная копия. Что если он примет Дану за меня? Никаких «если». Я на сто процентов уверена в этом! Нас многие путают — не раз мы испытывали это на личном опыте. И даже проблемы были.

Лишь Алекс, муж Даны, смог разоблачить меня при первом же «знакомстве». Но у них… любовь. Настоящая, о которой лично я даже и мечтать не смею. Сложно найти мужчину, который будет беречь тебя, а не использовать и делать больно.

А Ян не знает меня толком. И Дана молчит. Намеренно выжидает, что он скажет, потому что не хочет подставлять меня. Все это время рядом с Враговыми я ощущаю себя ценнейшим человеком на планете. Они настолько опекают меня, что не по себе становится. И даже Алекс, с которым у нас было… непонимание, относится теперь ко мне с теплом и заботой.

Враговы не дадут меня в обиду. Правда, я не могу утверждать, что именно за этим явился Ян.

Тишина давит. Нагнетает обстановку. И я почти готова покинуть свое убежище, как Ян начинает говорить. Пытаясь совладать со своей ненормальной реакцией на его голос, от которого мурашки растекаются по коже, я заставляю себя вслушаться в слова.

— Здравствуйте, Дана, — приветствует Ян осторожно, а я чуть не издаю облегченный вздох, но вовремя зажимаю рот рукой. — Мне нужно поговорить с вашей сестрой.

— Мика уехала в Польшу, и с тех пор мы с ней не виделись, — врет Дана, почуяв неладное. — Что-то случилось?

Морщусь недовольно. Моя сестра и ложь — понятия несовместимые. Надеюсь, Ян не почувствует подвох.

— Нет, ничего, — хмыкает Левицкий. — У нас… кхм… возникли разногласия. И мне очень бы хотелось поговорить с ней и многое объяснить.

Едва не издаю нервный смешок.