Ребёнок магната. Не.Разлучные.

А теперь…

Я разбита и сломлена. В душе дыра, вместо сердца — растрескавшийся кусок льда.

— Я не собиралась делать аборт, потому что никогда не была беременной, — с трудом, но все же признаюсь я. — Я солгала всем своим родственникам. И понятия не имею, как в мою кровь попала эта дрянь, — взрываюсь под конец.

Мельком смотрю на бейдж доктора. Дежурный врач-гинеколог Яков Пашкевич. Точно помню, что меня оперировал не он. А сам заведующий отделением. Каминский, кажется. Зато, может, от этого доктора, что явился с утра на обход, я смогу наконец правду добиться.

Смотрю вопросительно, ожидая объяснений.

— К сожалению, эта, как вы выразились, дрянь вызвала необратимые последствия, — Пашкевич делает мучительную паузу. — Если верить анализам и узи, — пролистывает мою историю болезни. — Кхм… После кровотечения и перенесенной операции у вас вряд ли получится забеременеть теперь.

Перевожу взгляд на его лицо. Серьезное, мрачное, с оттенком сочувствия.

— Что? — шепчу срывающимся голосом.

Я наказана за свою ложь? Почему так жестоко!

— Может, вы ошиблись? — умоляюще уточняю.

— Простите, вам действительно грозит бесплодие, — чеканит слова. — Но это еще не самое страшное…

Нервно сглатываю подступающий к горлу ком, смаргиваю первые слезинки. И пытаюсь взять себя в руки. Сжимаю кулаки, пристально смотрю на врача.

— Что может быть страшнее бесплодия? — цежу я, из последних сил сдерживая рыдания.

Я никогда не мечтала о семье в ее традиционном понимании. Ведь там обязателен… муж. А я в принципе не доверяю мужчинам.

Но ребенок… Наверное, когда-нибудь я бы решилась стать матерью. Посредством ЭКО, например. Растила бы малыша, воспитывала. Такую кроху, как близнецы моей сестры или как Даниэль, племянник Яна.

Однако больше у меня не будет такой возможности.

Окончательно одна. Навсегда.

— Что может быть ценнее материнства? — сипло добавляю.

— Ваша жизнь, — шепчет Пашкевич, придвигаясь ближе. — Если вы не пили таблетки сами…

— Нет! Говорю же! Я не была беременна! Я вообще еще… — осекаюсь и глаза прячу.

— В таком случае… вам их подмешали, — продолжает гинеколог. — И дозу намеренно увеличили, чтобы наверняка, — кивает многозначительно. — Кто-то из тех, кому была невыгодна ваша беременность.

Боже. Выдуманный малыш, которого Левицкие считали реальным, мог претендовать на наследство.